Жизнь за пять минут - Международная Юридическая фирма «Трунов, Айвар и партнеры»
«ТРУНОВ, АЙВАР И ПАРТНЁРЫ»

Международная Юридическая фирма, основана в 2001 году

Жизнь за пять минут

6 февраля 2007
44

Вынесен самый суровый приговор в новой истории Москвы

Террористы, причастные к взрывам 2004 года на перегоне между станциями метро «Автозаводская» и «Павелецкая» и у станции «Рижская», приговорены к пожизненному заключению. Впервые в столице высшую меру наказания одновременно получили три человека.

Приговор в зале № 507
Все оглашение приговора длилось не более 15 минут. Судья Владимир Усов в длинной, стального цвета, мантии вышел в зал один и начал негромко читать. Тихий голос, заставлявший прислушиваться, почти мгновенно установил в переполненном зале № 507 тишину.
Напротив судьи за низким барьером тесной группой сплотились потерпевшие – родственники погибших в 2004 году людей. Немного правее, за другим барьером и ближе к «аквариуму», с подсудимыми замерли их родственники. Их было совсем немного.
Всю правую от судьи стену заняли подсудимые и охрана. Мурад Шаваев, Максим Панарьин и Тамбир Хубиев на огороженной площади скамьи подсудимых заняли каждый свое пространство, ближе чем на два метра друг к другу они не подходили ни во время чтения приговора, ни после него. При этом Панарьин стоял строго посередине, прямо у стекла, а его подельники словно забились в углы. Охранники суда в обычной милицейской форме положили руки на короткоствольные автоматы, охранники СИЗО в зимних шапках и сапогах были вооружены классической моделью АК.
Перед застекленной скамьей подсудимых расположились двое адвокатов подсудимых – женщина и мужчина. Напротив них, через проход по центру, привлекали к себе всеобщее внимание прокурор Александр Кубляков и адвокат потерпевших Игорь Трунов. Первый – ярко-синим прокурорским мундиром, второй – ярко-красным галстуком.
Все остальное пространство зала тесно забили представители СМИ. Не менее двадцати телекамер выстроились за спиной прокурора, фотожурналисты оккупировали пол в центре зала, пишущая братия жалась к стенам и дверям, но при этом непрерывно строчила в блокнотах, справедливо не доверяя надежности диктофонов. Если подсудимые, планируя свои бесчеловечные деяния, хоть немного думали о «славе», которую приобретут, они могут торжествовать: свои «пять минут славы» они, безусловно, получили.
Перечисление статей обвинения заняло 14 из 15 минут приговора. Номер статьи – срок заключения, номер статьи – срок заключения, и в конце каждого индивидуального приговора короткое резюме – «пожизненное путем поглощения меньшего большим». После этого был зачитан длинный список присужденных материальных компенсаций – всего более чем на 7 миллионов рублей – потерпевшим и страховой компании Московского метрополитена. Затем вопрос: «Подсудимые, вам понятен приговор?» Три «да» вразнобой. «Порядок обжалования ясен?» Снова три «да» разного тембра. «Заседание закрыто».

Аспирант со взрывчаткой
Все сразу задвигались. Женщина-адвокат повернулась к Панарьину, что-то ему сказала, и он первым громко заявил: «Я буду обжаловать приговор». Хубиев и Шаваев тоже тихо разговаривали с адвокатами и родственниками в своих углах.
Первое громкое заявление прямо в зале сделал Игорь Трунов: «Нам удалось добиться справедливости, все получили пожизненно!» – чем сразу привлек внимание журналистов. Внимание настолько масштабное, что сотрудникам суда пришлось многократно обращаться к присутствующим с просьбой очистить зал (в конце концов пришлось просто выключить свет), а потом и этаж – в соседних помещениях продолжались судебные заседания по другим делам.
Корреспондент «Вечерки» тем временем обратился к прокурору Александру Кублякову, который беседовал с пресс-секретарем Мосгорсуда с просьбой пояснить слова адвоката:
– Дело в том, – сказал прокурор, – что Панарьин и Шаваев давно попали в поле зрения правоохранительных органов. Каждый из них в разное время состоял в различных вахабитских организациях и оба – в «карачаевском джамаате». При этом они называют себя «рядовыми мусульманами». Каждый из них уже участвовал и в боевых действиях, и в организации терактов в Краснодаре и Воронеже. Оба не признали своей вины, на суде путали показания. Словом, типичные террористы, если здесь вообще может быть какая-то типичность.
А вот у Хубиева несколько другая история. Он сразу сообщил, что, будучи судебным приставом, взялся за деньги перевезти взрывчатку с Северного Кавказа в Москву. Этим якобы и ограничивается его участие.
Кроме того, он полностью признал свою вину и на следствии и в суде сотрудничал со следственными органами… Возможно, рассчитывал на снисхождение.
В целом я доволен результатами – суд признал доводы обвинения и назначил то наказание, которое я просил, несколько снизив только сумму компенсаций. Они с учетом требований возмещения морального ущерба превышали 36 миллионов рублей…
Видимо, «примерное» поведение Хубиева, его образованность (он учился в аспирантуре) и принадлежность к несколько иному кругу общения, нежели у подельников, и позволили адвокату говорить о возможности смягчения приговора в его отношении. Однако на другой чаше весов были 54 погибших (с учетом жертв взрывов в Воронеже и Краснодаре), более 300 раненых, семьи, оставшиеся без кормильцев, и шок, поразивший сотни тысяч людей. Вряд ли такое можно смягчить наличием высшего образования.

ДОСЬЕ «ВМ»
Взрывы с использованием террористов-смертников нанесли страшный удар по существовавшей в тот момент системе безопасности мегаполиса.
6 февраля 2004 года в 8.30 на перегоне между станциями метро «Автозаводская» и «Павелецкая» произошел взрыв, жертвами которого стал 41 человек, еще 148 получили ранения. Имя смертника следствие установило достаточно быстро – это житель Карачаево-Черкесии Анзор Ижаев.
31 августа 2004 года в 20.07 у станции метро «Рижская» прогремел взрыв, произведенный террористкой-смертницей. В результате погибли 10 человек, в том числе смертница (предположительно, ее звали Роза Ногаева) и организатор теракта – лидер так называемого «карачаевского джамаата» Николай Кипкеев. Ранения получили 46 человек.
Ровно через год – 31 августа 2005 года – ФСБ впервые обнародовала информацию о задержании троих подозреваемых, среди которых сразу был назван Максим Панарьин, житель Воронежской области, воевавший в Чечне на стороне бандформирований.

06.02.2007