О новом антиэкстремистском законопроекте - Международная Юридическая фирма «Трунов, Айвар и партнеры»
«ТРУНОВ, АЙВАР И ПАРТНЁРЫ»

Международная Юридическая фирма, основана в 2001 году

О новом антиэкстремистском законопроекте

11 апреля 2016
94

 

Изображение внутри записи7 апреля сенатор Виктор Озеров и депутат Госдумы Ирина Яровая внесли пакет антиэкстремистских законопроектов, направленных «на создание дополнительных механизмов противодействия террористическим и экстремистским проявлениям».

Законодательная инициатива расширяет круг потенциальных террористов: вводятся новые понятия «международный террорист» и «пособник экстремистов». Законотворцы предлагают добавить в Уголовный кодекс РФ статью 361 «Акт международного терроризма»: «Совершение вне пределов РФ взрыва, поджога или иных действий, подвергающих опасности жизнь, здоровье, свободу или неприкосновенность граждан РФ в целях нарушения мирного сосуществования государств и народов либо направленных против интересов РФ». Наказание по ней предполагает тюремный срок от 15-20 лет до пожизненного заключения.

Виновных в «создании условий» для подготовки теракта могут лишить права выезда за рубеж, а совершение преступления экстремистского характера, вопреки Конституции РФ, грозит потерей российского гражданства. Ответственность за подобные деяния, в соответствии с документом, наступает с 14 лет.

Минимальный штраф за публичные призывы к терроризму составит 100 тыс. рублей. Пропаганда терроризма через Интернет или СМИ будет караться тюремным сроком от 5 до 7 лет.

Наказание за экстремизм планируется ужесточить: за возбуждение ненависти и вражды – от 2 до 5 лет заключения (в настоящее время – до 4 лет), за организацию экстремистского сообщества – от 5 до 8 лет (по действующему законодательству – от 2 до 8 лет), за участие в нем – от 4 до 6 лет (сейчас до 4 лет).

Также УК РФ может дополниться статьей «Содействие экстремистской деятельности». За «склонение, вербовку или иное вовлечение» в действия, предусмотренные экстремистскими статьями (280-282.3 УК РФ), грозит от 5 до 8 лет тюремного срока.

Несообщение о готовящемся преступлении также чревато уголовной ответственностью (статья 205.6, которая предусматривает до 3 лет лишения свободы).

Кроме того, покинуть Россию в течение 5 лет не смогут те, кому «объявлено официальное предостережение о недопустимости действий, создающих условия» для совершения теракта, содействия террористической деятельности, призывов или оправдания терроризма, обучения терроризму, организации террористического сообщества и участия в нем, захвата заложника, угона воздушного, водного или железнодорожного транспорта.

Ограничения на выезд могут коснуться лиц, имеющих «неснятую и непогашенную судимость» за сопряженные с экстремизмом преступления (посягательство на жизнь государственного деятеля, мятеж и захват власти).

Изменения коснутся и закона «О связи». Так, мобильных операторов обяжут в течение 3 лет хранить информацию о звонках и SMS-сообщениях пользователей.

По словам И.Яровой, «большой антитеррористический пакет» призван нанести удар по терроризму «во всех проявлениях»: «это вербовка, вовлечение в преступную деятельность, публичные призывы – все, что связано с вовлечением молодого поколения в этот опасный вид организованной преступной деятельности». Поводом для разработки серии законов стал теракт на борту российского самолета в небе над Синайским полуостровом в октябре 2015 года и террористическая атака в Париже.

Законодательная инициатива глав комитетов Совета Федерации и Госдумы по безопасности вызвала горячие споры в политических и общественных кругах. Журналисты уже назвали предлагаемые меры «драконовскими». Другое популярное наименование «антитеррористического пакета» – «Закон имени Бродского».

По мнению председателя комитета Госдумы по уголовному законодательству Павла Крашенинникова, представленный законопроект должен быть проанализирован самым внимательным образом. Парламентарий подчеркнул, что эффективность борьбы с терроризмом зависит не от ужесточения наказания, а от повышения профессионализма в расследованиях. Критически он отнесся и к формулировке об акте международного терроризма.

«Любой террористический акт рассматривается как международный, и неважно, где он совершен. У такого рода преступлений нет национальной характеристики», – справедливо указал депутат.

Член конституционного комитета Госдумы Вадим Соловьев отметил, что в случае принятия законопроекта власти смогут «лепить из любого оппозиционного деятеля террориста и экстремиста».

Против практики лишения гражданства выступил адвокат Игорь Трунов: «Такой подход нарушит древний принцип: никто не может быть дважды наказан за одно и то же преступление. Если человек уже понес наказание по приговору суда, то зачем его наказывать еще и гражданством?».

Его коллега Николай Краснов обеспокоен снижением возрастного порога для потенциальных преступников.

«Это уже перебор, так мы начнем массово детей сажать. Вот тех, кто вовлекает детей в преступления, можно и нужно сурово наказывать», – уверен юрист.

С ним солидарна адвокат Людмила Айвар: «Суровое наказание не исправит детей, но на зоне из них сделают закоренелых преступников».

Оппозиционный депутат Дмитрий Гудков расценивает законопроект как очередной этап борьбы власти с собственным народом и новый инструмент для запугивания политических оппонентов.

«Этот закон нужен, чтобы создать определенную атмосферу в обществе, чтобы люди боялись участвовать в политических событиях, делать политические заявления и так далее. Это продолжение курса на закручивание гаек, – уверен Д.Гудков. – Тому, кто говорит, что простому человеку нечего бояться, нужно рассказать про Ильдара Дадина. Обычный человек за одиночные пикеты получил 2,5 года. Он никакой не политик, не депутат, не лидер организации. Обычный простой человек, который трижды вышел на улицу на одиночные пикеты в знак протеста против действия властей. Поэтому сказки пусть рассказывают в своем семейном кругу, и то, думаю, там им не поверят. Таких случаев достаточно: Светлана Давыдова и многие другие люди, которые за перепост публикаций с какими-то фотографиями получали сроки. Поскольку законопроект вносит Яровая, складывается ощущение, что она как будто согласовала его по чьей-то просьбе».

«Я все-таки надеюсь, что возникший резонанс не позволит закону быть принятым хотя бы в таком виде, что будет принят хотя бы с другими формулировками», – написал политик на своей странице в соцсети.

По мнению адвоката Михаила Трепашкина, «антитеррористический пакет» ни много ни мало «прямое нарушение Конституции».

«Для того чтобы были такие ограничения, нужны очень веские основания, – считает юрист. – С другой стороны, если человек занимается антигосударственной деятельностью, то его, наоборот, лишают гражданства. А здесь получается, что лицам, которые склонны к экстремизму, к терроризму и так далее, говорят: "Вы в стране оставайтесь, бейте своих, не уезжайте". Я не вижу никаких правовых и прочих оснований, чтобы таким лицам закрывали выезд за границу».

«Я так понимаю, что все это связано с тем, что в ИГИЛ (запрещенная в РФ экстремистская организация) оказалось очень много выходцев из России и стран СНГ. Но это прямо предусмотрено в Уголовном кодексе – и участие в террористических организациях, и так далее. Тут ничего нового нет. Просто надо работать по этим статьям, надо вести учет таких людей, которые этим занимаются, готовятся к вооруженной борьбе, к участию в таких организациях», – добавил он.

Также М.Трепашкин считает нецелесообразным увеличение сроков наказания: «Во-первых, это разорение государства. За каждого содержащегося надо платить. А во-вторых, есть понятие "пересидка" – это когда человек, долго отсидевший, теряет возможность социальной адаптации, он становится профессиональным преступником. А завтра он пойдет на убийство. Ведь у нас десятилетиями разрабатывалось законодательство, где все смотрели эти нормы. Сейчас, к сожалению, Госдума иногда вносит изменения, не оценив их. И даже Главное правовое управление Администрации Президента говорит, что у нас дисбаланс санкций. То есть за менее опасное преступление могут дать больше, чем за другое. И за счет сроков, которые мы ужесточаем, несмотря на причины, условия, огромнейший пласт оказывается исключенным из общества. Это либо профессиональные преступники, либо люди, которые не смогут вернуться в нормальное общество».

Правозащитник Николай Кавказский обращает внимание на новую статью о «пособничестве»: «Есть книги, даже издававшиеся в СССР, где описывают народовольческие организации. Ты выложишь текст этой книги в Интернет – и все, 7 лет получил… То есть можно пособничать публичным призывом к осуществлению террористической деятельности или оправданием терроризма. То есть ты оправдал терроризм, который был совершен 150 лет назад, – ты получишь от пяти до семи. А если ты еще и пособничал этому оправданию, то тут от пяти до десяти ты уже получаешь. Это новая статья, которая вводится "антиэкстремистским" законодательством».

«У нас сейчас такая практика, что экстремистским сообществом, я думаю, скоро будут признавать любую оппозиционную организацию, которая будет выступать против действующего режима, против Путина. Признают, допустим, партию "Яблоко", в которой я состою, экстремистским сообществом – и посадят руководство как организаторов», – размышляет правозащитник.

Между тем депутат Госдумы Александр Тарнавский, признавая законопроект спорным, занимает сдержанную позицию и призывает к его вдумчивому и всестороннему анализу.

«Если документ внесен, то надо устроить сквозное, публичное обсуждение, – призывает парламентарий. – По этому законопроекту все должны высказаться, в том числе и сами авторы. Вчера он был зарегистрирован в базе. А сегодня днем я его просмотрел – документ крайне непростой. Там есть юридическая составляющая, но видна и политическая составляющая».

«Если мы спросим людей, что они думают о терроризме, боятся ли они его или нет, и что надо в этой связи делать, то очень многие россияне, в том числе москвичи, скажут, что надо усиливать ответственность в отношении террористов. Другое дело, как бы не выплеснуть ребенка, чтобы это не привело к репрессиям. Но раз законопроект внесен, надо принять это к сведению. Очень часто бывало, что текст приходит в одном виде, выходит в другом или вообще не принимается. Но самое главное – на этом этапе обеспечить его максимальное публичное обсуждение с учетом всех заинтересованных сторон: и людей с более консервативными взглядами, и с более либеральными взглядами», – заключил депутат.

Рубрики
СМИ