Дети станут предметом договора (ER.ru) - Международная Юридическая фирма «Трунов, Айвар и партнеры»
«ТРУНОВ, АЙВАР И ПАРТНЁРЫ»

Международная Юридическая фирма, основана в 2001 году

Дети станут предметом договора (ER.ru)

13 мая 2010
7

Российско-американский договор об усыновлении может быть подписан уже 12 мая. Как надеется уполномоченный при президенте РФ по правам ребенка Павел Астахов, это позволит четко сформулировать обязательства усыновителей из США. В то же время эксперты ER.RU отмечают, что России нужно было бы, в первую очередь, пересмотреть собственную систему усыновления.

В среду, 12 мая, в Москве откроется второй этап двусторонних консультаций РФ и США по вопросам усыновления. Планируется, что на встрече стороны обсудят соглашение об усыновлении. Как ранее сообщал ER.RU, первый этап переговоров состоялся в российской столице 29-30 апреля. На нем был представлен проект договора, предусматривающий создание единого органа, который будет решать все вопросы, связанные с передачей российских детей на иностранное усыновление, в том числе и вопросы последующего контроля за их судьбой. В документе, в частности, прописывается обязанность будущих приемных родителей проходить подготовку и психологическое тестирование.

«Я верю, что до конца месяца договор может быть подписан, но, может, даже завтра. Я оптимистично смотрю на это, потому что понимаю, что в противном случае нам придется действительно ставить вопрос о прекращении иностранного усыновления», – накануне встречи заявил в комментарии РИА Новости уполномоченный при президенте РФ по правам ребенка Павел Астахов.

Мнение о том, что соглашение будет подписано, высказал и замдиректора Департамента информации и печати МИД РФ Игорь Лякин-Фролов.

В то же время опрошенные ER.RU эксперты считают договор чем-то вроде пиар-хода, кардинально ничего не меняющим. Чтобы усыновленные дети, в частности, и дети, в целом, были более защищенными, требуется не двусторонний договор с США, а изменение всей системы усыновления в России.

«Говоря о проблеме детства в России нужно отказаться от практики лицемерия. Прежде чем качать права, обвинять окружающих и подписывать с ними какие-то договоры, нужно признать, что система защиты и обслуживания детства в России, во-первых, сгнила и, во-вторых, коррумпирована. Я не слышала, чтобы хоть кто-то из тех, кто расследовал и бурно комментировал историю с последним погибшим ребенком в США, задался вопросом, а каким образом этим людям, может быть, не вполне адекватным и не вполне здоровым, в отличие от российских граждан, с такой легкостью удается усыновлять детей из России», – заявила в интервью «Актуальным комментариям» член Общественной палаты РФ, председатель правления правозащитного движения «Сопротивление» Ольга Костина.

На коррумпированность системы усыновления обращает внимание и адвокат Игорь Трунов. По его словам, те процедуры усыновления, которые существуют сейчас при определении детей из российских детдомов в американские семьи, не всегда чисты и прозрачны. Зачастую, это не усыновление, а продажа детей за границу. «Я как адвокат, неоднократно сталкивался с предложениями западных компаний о покупке наших детей, – заявил Трунов ER.RU. – Все эти процедуры, по сути, – просто тупая покупка наших детей».

Эксперты отмечают, что, если бы российские органы соцзащиты и опеки выполняли свои функции более ответственно, многих трагических случаев можно было бы избежать.

«Все последние случаи сопровождались совершенно лубочными картинками: каждый раз нам рассказывали, что приходили прекрасные отчеты, чудесные фотографии, где счастливый ребенок сидел на карусели и т.д. Разве мы не понимаем, что эти фотографии ничего не обозначают? Понимаем. Специалисты детских учреждений не знают, что эта форма отчетности, мягко говоря, недостаточна? Наверняка знают. Но наводить здесь порядок мы не хотим, нам хочется навести порядок с соринкой в глазу наших американских товарищей», – сказала Костина.

Российский координатор из агентства по усыновлению Hand-in-Hand Алена Сенкевич в комментарии ER.RU отметила, что процедура отслеживания судьбы усыновленных детей прописана в законодательстве крайне подробно, и если бы все ведомства выполняли ее, неблагополучные семьи можно было бы отслеживать, не доводя ситуацию до трагедии. По словам Сенкевич, после того, как российский суд принимает решение об усыновлении, и оно входит в силу, через 6, 12, 24 и 36 месяцев уполномоченными органами той страны, где ребенок проживает, должно быть проведено домашнее обследование. Люди должны прийти в семью и посмотреть, как ребенку живется, какие отношения сложились с приемными родителями, какое здоровье у ребенка, не изменилось ли финансовое положение. Все, что должно быть в отчете, четко прописано законом. Более того, оговорена такая мера: если что-то в семейной ситуации вызывает напряжение у российских органов опеки и попечительства, то через консульские структуры той страны, где находится ребенок, они имеют возможности (и семьи перед усыновлением пишут на это свое согласие) до 18 лет, то есть до совершеннолетия ребенка, осуществлять контроль.

«Но надо сказать честно, что консульские структуры этим не занимались вообще. Что лично меня возмущает, поскольку все кричат о том, как надо следить за ребенком, а то, что может быть сделано, не делается», – отметила Сенкевич.

Если проблема заключается не в том, что нет необходимых механизмов проследить судьбу ребенка, а в том, что те, кто должен этим заниматься, относятся к своим обязанностям халатно, еще один договор ничего кардинально не изменит.

«Нужно сделать так, чтобы органы опеки и попечительства действительно помогали семьям, чтобы они сняли шоры контролирующей организации, а стали хорошей патронатной службой, – считает Сенкевич. – Усыновление – дело непростое, и люди должны знать, куда они могут в критических ситуациях обратиться. Например, хорошее агентство в договорах с клиентами прописывает кризисный механизм. Если ситуация вышла из-под контроля, когда взрослый не может сказать, что в данный момент он отвечает за ребенка, первым делом родитель должен информировать агентство и параллельно обратиться к психологу. Если это не помогло – к психиатру. Если и это не помогло – в местную службу защиты прав детей, говорите, что не контролируете ситуацию и просите ребенка у вас забрать. На каждом из этих этапов необходимо постоянно информировать агентство и получать от него необходимую помощь. Это – прописанный механизм. Потому что когда родители попадают в какую-то кризисную ситуацию, у них, как у любых людей, теряется способность думать. Они совершают неправильные действия. С моей точки зрения, мама, которая посадила ребенка на самолет, совершила совершенно неадекватный поступок. Ясно, что человек находился в глубоком стрессе. Если бы она в нем не была, она никогда в жизни такую глупость бы не сделала, поскольку создала себе неприятностей в сто раз больше, чем если бы просто привела ребенка в агентство и сказала: я не справляюсь, заберите у меня ребенка. Это возможно. Поэтому людям нужно обязательно помогать и помогать профессионально. И помощь эта должна быть так предложена, чтобы люди не боялись ею воспользоваться».

В то же время, отмечает Сенкевич, в России с помощью усыновителям – большая проблема. Органы опеки общаются с людьми так, что лишний раз обращаться в них не захочется.

Слова Сенкевич подтверждает статистика жестокого обращения с детьми в приемных семьях не в Америке, а в России. По словам полпреда правительства РФ в Госдуме Андрея Логинова, с 2000 года от рук приемных родителей, опекунов и попечителей в России погибли 25 детей. Только в 2009 году было выявлено 3 тыс. 211 случаев жестокого обращения с детьми в России, что на 200 случаев больше, чем в 2008 году.

«Я совершенно не снимаю ответственности за происходящее с властей и контрольных органов в США, – говорит Костина. – Но все же больше беспокоит то, что происходит у нас, и то, с каким почти советским лицемерием мы занимаемся этой «соринкой», умудряясь при этом находиться «с бревном в собственном глазу».

Как ранее сообщал ER.RU, разговоры о необходимости разработки двустороннего договора возникали каждый раз, когда в Штатах происходило что-нибудь ужасное с российскими детьми. Но особенно настойчиво эта тема зазвучала после того, как 8 апреля гражданка США – двадцатисемилетняя Энн Тори Хенсен – посадила усыновленного семилетнего Артема Савельева одного на самолет в Вашингтоне и отправила в Москву. При мальчике был только рюкзак с бельем, российский паспорт с американской визой и записка от приемных родителей, в которой они сообщили об отказе в усыновлении.

После этого МИД РФ выступил с заявлением, что этот случай стал последней каплей в чаше терпения, и Россия введет мораторий на усыновление американцами – до тех пор, пока между странами не будет заключен договор, в котором детально обговорят механизмы мониторинга за судьбой усыновленного ребенка. Моратория, правда, так и не последовало: позднее в российском внешнеполитическом ведомстве довольно расплывчато сообщили, что имелся в виду вовсе не полный запрет, а что-то другое. По крайней мере, американское посольство в России никто официально не уведомлял о моратории, а значит, заявление носило скорее декларативный характер.

По информации МИД РФ, за два десятилетия американцами было усыновлено более 60 тысяч российских детишек. Абсолютное большинство тех, кто в России оказался бы изгоями, живут вполне счастливо.