Обвинение Алексея Фенкеля в убийстве зампреда Центробанка РФ Андрея Козлова - Международная Юридическая фирма «Трунов, Айвар и партнеры»
«ТРУНОВ, АЙВАР И ПАРТНЁРЫ»

Международная Юридическая фирма, основана в 2001 году

Обвинение Алексея Фенкеля в убийстве зампреда Центробанка РФ Андрея Козлова

12 января 2007
69

Ведущие:
Лев Гулько
Ольга Бычкова

Пятница, 12 Январь 2007
Обвинение Алексея Фенкеля в убийстве зампреда Центробанка РФ Андрея Козлова

Л.ГУЛЬКО – У нас по телефону президент ММВБ Алексей Мамонтов, который имеет свою точку зрения на то, как это дело расследуется и вообще какие обвинения выдвинуты в адрес в частности Алексея Френкеля. Алексей Николаевич, добрый день.

А. МАМОНТОВ – Добрый день. Я хотел бы сразу поправить вас, все-таки не ММВБ, а ММВА.

О. БЫЧКОВА – Я прошу прощения. Я оговорилась. Конечно, Московская международная валютная ассоциация. Сегодня Басманный суд рассматривал вопрос о мере пресечения второй фигурантке в этой истории, задержанной по делу убийства Козлова Лианы Аскеровой, которая вроде бы имела отношение, так говорят к найму непосредственных исполнителей убийства. Алексей Френкель должен был тоже сегодня предстать перед судом, но, в конце концов, решение было отложено, слушание было отложено на 72 часа по ходатайству адвокатов, которые, как рассказал сегодня в нашем же утреннем эфире адвокат Игорь Трунов, просто были не готовы. Потому что не могли встретиться с подзащитным, не могли изучить материалы. Скажите, пожалуйста, насколько вообще все это расследование кажется вам убедительным?

А. МАМОНТОВ – Да я бы не хотел комментировать сам ход расследования. Хотя тут много всевозможных возникает вопросов. Во-первых, конечно это похвально, но довольно непривычная для нас оперативность расследования. Мы-то как вы знаете, привыкли к неспешному расследованию.

О. БЫЧКОВА – Мы сегодня это обсуждали как раз.

А. МАМОНТОВ – И только это дело выглядит диссонансом.

О. БЫЧКОВА – А что вас смущает?

А. МАМОНТОВ – После этих драматических событий буквально спустя, по-моему, два дня, нет, сначала на следующий день было уже озвучено несколько версий. На следующий день после покушения на Козлова.

О. БЫЧКОВА – Их озвучивала пресса, которая всегда это делает. А почему нет.

А. МАМОНТОВ – В ходе которых была сразу назвала основная версия.

О. БЫЧКОВА – По поводу отмывания денег, безналички.

А. МАМОНТОВ – Нет, это было названо так. Основная версия связана с профессиональной деятельностью Козлова.

Л.ГУЛЬКО – Это тоже естественно было. Потому что логично.

А. МАМОНТОВ – Вы сами понимаете довольно размытый характер. С профессиональной деятельностью может быть связано абсолютно все. Тем более человека, который занимался огромным кругом вопросом.

О. БЫЧКОВА – И у которого была огромная профессиональная деятельность.

А. МАМОНТОВ – И, кстати, в прошлый период и в тот период, когда случились эти события.

О. БЫЧКОВА – Так, это вас смущает?

А. МАМОНТОВ – Потом собирается совещание в Сочи спустя несколько дней. После данного события президент принимает…

О. БЫЧКОВА – Силовиков.

А. МАМОНТОВ – …ЦБ…

О. БЫЧКОВА – А, прошу прощения, банкиров.

А. МАМОНТОВ – И на этом совещании звучит так называемая основная версия, уже практически как единственная. Уже практически как единственная. Затем началось расследование. Довольно быстро возникли первые результаты. И довольно оперативно и достаточно полно освещался сам ход расследования. И какие применялись при этом методы расследования. И какие технические средства задействовались.

О. БЫЧКОВА – В смысле, мы не знаем какие.

А. МАМОНТОВ – Установление по телефонам мобильной связи местонахождения, переговоры, отсеивание в этом квадрате переговоров и выделение тех, которые относились к этим событиям.

О. БЫЧКОВА – Это, наверное, нормальная оперативная работа. Нет?

А. МАМОНТОВ – Это нормальная оперативная работа. Но вот я не помню, чтобы, например, при убийстве Политковской, событие произошло сравнительно недавно после этого события, насколько мне известно, или до того, но почему-то там оперативный ход расследования… Вы что-то знаете, что там происходит?

О. БЫЧКОВА – Да, ваша правда. Тут надо согласиться. Мы ничего практически об этом не знаем. Что-то появлялось в первые недели…

А. МАМОНТОВ – Я тоже не припомню, чтобы все так, во-первых, полно излагалось и сразу направлено. В одном направлении.

О. БЫЧКОВА – Какой вывод вы из всего этого делаете?

А. МАМОНТОВ – Мне кажется, еще раз хочу подчеркнуть, очень много странных вопросов возникает. Потом были найдены исполнители довольно быстро.

О. БЫЧКОВА – Практически моментально.

А. МАМОНТОВ – Не просто найдены, утечка возникла.

Л.ГУЛЬКО – Они, по-моему, пришли сами, причем как я читал одну из версий, они просто не подозревали, кого они убили, поэтому, испугавшись, пришли сами.

А. МАМОНТОВ – Это как в известной комедии: не виноватая я, он сам пришел.

О. БЫЧКОВА – Ну.

А. МАМОНТОВ – Товарищ Шилов сказал – я пришел. Мы не будем комментировать, мы не знаем детали следствия.

О. БЫЧКОВА – Конечно.

А. МАМОНТОВ – Я говорю о тех сомнениях. Вы спросили – я отвечаю.

О. БЫЧКОВА – Это понятно.

А. МАМОНТОВ – О тех необычных моментах этого следствия. Достаточно объемное информирование, я назову три ключевых момента необычных. Достаточно объемное информирование общественности, большая утечка, достаточно быстро установлена версия официальная, и установлены мотивы преступления, достаточно быстро сужение круга этих версий и выстроено направление этого следствия.

О. БЫЧКОВА – Алексей, но тут еще какая история. Вот мы сейчас следим, фактически параллельно это происходит, расследование убийства Литвиненко, которое ведется Скотланд-Ярдом. Мы там видим, как все делают быстро, эффективно, быстро сужают все возможные круги, быстро идут по следу и, в общем, так не знаю, какой там полный объем информации, но тот, который получает публика, он не маленький в любом случае. Вы согласны? Это же нормально. Может быть, просто наши правоохранительные органы в кои веки решили нормально поработать или им дали такую возможность и они показывают, на что они способны. Чего же сразу не верить-то?

А. МАМОНТОВ – Честь и хвала. Вы просто спросили – я говорю. Я не утверждаю, что наши правоохранительные органы априори определились в версии и ее двигали в одном направлении. Но многие моменты хода расследования говорят о несколько необычном характере этого расследования.

О. БЫЧКОВА – Мы поняли вас. Скажите, пожалуйста, а почему вы считаете, промелькнули такие сообщения, что на самом деле эти обвинения в адрес Алексея Френкеля, связанные с его банковской деятельностью, почему они кажутся вам неубедительными?

А. МАМОНТОВ – Представьте себя на месте организатора преступления.

О. БЫЧКОВА – С большим трудом если только.

Л.ГУЛЬКО – Давайте я представлю.

А. МАМОНТОВ – Первое – что вы хотите сделать, чего добиться. Второе – как сделать так, чтобы вас не нашли. Правильно?

Л.ГУЛЬКО – Естественно.

А. МАМОНТОВ – Френкель, с которым я был лично знаком, да даже если не был знаком, это человек не обыватель, это человек бизнесмен, это человек, который привык все точно рассчитывать.

Л.ГУЛЬКО – То есть он просчитывает ходы?

А. МАМОНТОВ – Просчитывать ходы, результаты возможные, промежуточные, конечные и так далее. Вот представьте себе, больше всего и чаще всего сейчас звучит среди коллег моих и в банковских кругах: да что собственно этим можно было решить. Да ничего. Результата бы не было. То есть если человек идет на результат, то его здесь не обнаруживается. Убийство не решает ни одной проблемы.

Л.ГУЛЬКО – Там есть маленькая версия, это месть. Когда человек теряет огромные деньги, ему хочется отомстить.

А. МАМОНТОВ – Вся моя жизнь говорит о том, что чаще всего в 99% случаях все-таки в основе преступления лежит стремление либо получить деньги, либо избежать какого-либо наказания. Мы говорим о коммерческих преступлениях.

Л.ГУЛЬКО – Но здесь может быть…

А. МАМОНТОВ – Месть, как правило, в деловых кругах как повод или причина вообще не рассматривается.

О. БЫЧКОВА – То есть ничего личного.

Л.ГУЛЬКО – А показательное такое убийство, дать понять, что так будет и с вами, если…

О. БЫЧКОВА – Если будете наступать на чьи-то большие интересы.

А. МАМОНТОВ – Надо хорошо знать ментальность моих коллег, банкиров. Такого рода вещи эмоционального плана, психологического – месть, показать кому-то, доказать, продемонстрировать что-то – это не причина не для просто экстремальных действий, вообще не причина для действий активности. Коммерческий результат.

О. БЫЧКОВА – Понятно. Я читала, например, высказывания тоже кого-то из ваших коллег, которые имеют отношение к финансам, что очень хорошо, что так быстро происходит следствие, и называются не только исполнители, но и заказчики, потому что это будет примером для тех, кто привык решать свои дела такими средствами типа: нет человека, нет проблемы. То есть, есть ваши коллеги, которые говорят наоборот, показательный процесс.

А. МАМОНТОВ – (неразборчиво) Я сейчас вернусь ко второму пункту. О первом сказали. Сомнительно, что такого рода человек мог считать, что этим он какой-то результат принесет для себя или для своего бизнеса. Второй пункт. Могу ли я избежать наказания. Опять осечка получается. Потому что всем известен был конфликт между Козловым и Френкелем, между требованиями, которые предъявлял Козлов к возглавляемому Френкелем банку, и отметанием этих требований самим Френкелем.

О. БЫЧКОВА – А Френкель действительно выигрывал какие-то дела…

Л.ГУЛЬКО – У ЦБ.

А. МАМОНТОВ – Естественно да, после того как ВИП-банк, после первого этапа системы страхования вкладов, он прошел все остальные инстанции, то есть прошел процедуру подачи заявлений по второму этапу, инстанции, обращение к председателю и так далее. И после этого он обратился в суд с иском по поводу неправильно вынесенных решений комиссии ЦБ, и суд признал правоту истца. И здесь я бы хотел сказать одну вещь. Очень направленно выстраивается сейчас мнение о ВИП-банке о том, что этот банк был банком «черным», обналичивающим, занимался криминальным бизнесом и чуть ли ни создавался для этого. Это абсолютная неправда. Я смею утверждать это на сто процентов. Это был банк успешный, который за 5 лет вырос из практически упавшего кредитного учреждения в банк первой сотни. При этом в абсолютном большинстве направлений банковского бизнеса, которым занималось это учреждение, он занимался абсолютно легальным бизнесом. И вот…

О. БЫЧКОВА – Понятно.

А. МАМОНТОВ – … этого банка, у которого сейчас отозвана лицензия, это упрощение опять же ситуации. Это стремление представить Френкеля, председателя банка уже априори подозреваемым…

О. БЫЧКОВА – Имеющим мотивы.

А. МАМОНТОВ – Да, конечно. Так вот, Френкель должен был понимать, что и по второму пункту, если гипотетически представить, он идет на организацию преступления, он тут же попадет в круг подозреваемых. А этот круг очень узкий. Несмотря на то, что говорилось в прессе, что Козлов перешел дорогу очень многим, сотням и сотням банкам, криминальным бандитским структурам, только три или четыре банковские структуры, по которым действительно очень конфликтные были ситуации, и вы их знаете. «Содбизнесбанк», «Кредиттраст», ВИП-банк и может быть еще какие-то банки. Так что круг очень узкий и организатор должен был понимать, что он тут же оказывается в фокусе внимания. Правильно?

О. БЫЧКОВА – Да.

А. МАМОНТОВ – И далее этот организатор, видя успешный ход следствия, видя, как арестовываются исполнители, как Генпрокуратура объявляет о том, что найдены посредники, как он объявляет буквально в декабре о том, что можно считать полностью раскрытым, он не только не прячется, не только не спасается бегством. Он участвует во всех публичных выступлениях, дискуссиях. В работе комиссии, советов, он ходит по депутатским кабинетам с целым пакетом предложений по совершенствованию нормативно-правовой базы. Вы таких бандитов видели когда-нибудь?

О. БЫЧКОВА – Понятно, что вы хотите сказать.

А. МАМОНТОВ – Я хочу сказать, что очень все сомнительно и очень удобная представлена обществу версия. И очень быстро. И очень легко. И очень понятно всем.

О. БЫЧКОВА – Ясно. Ваша точка зрения ясна. Спасибо, что вы ее изложили. Спасибо Алексею Мамонтову, президенту Московской международной валютной ассоциации.