Игорь Трунов: «Спасибо, что вернули домой блудного сына» - Международная Юридическая фирма «Трунов, Айвар и партнеры»
«ТРУНОВ, АЙВАР И ПАРТНЁРЫ»

Международная Юридическая фирма, основана в 2001 году

Игорь Трунов: «Спасибо, что вернули домой блудного сына»

24 января 2014
48

 

Изображение внутри записиЧестно говоря, не совсем понятно, как сценаристы и режиссеры проспали биографию Игоря Трунова. Возможно, пока не пришло время для изучения феномена Трунова. А по-моему, невероятная фигура московского профессора, академика не может не будоражить воображение. Судите сами. Боксер с внешностью Жан-Поля Бельмондо, известный успешный адвокат, член нескольких политических партий, защитник православных и миротворец, экономист, последний приор ордена тамплиеров и так далее. Это если не перечислять научных трудов и наград, среди которых множество заграничных. Но, слава богу, мы встретились не где-нибудь в Париже, а в Челябинске, куда Игорь Леонидович с супругой приехал на получение Народной премии «Светлое прошлое».

В содружестве науки и практики

— Игорь Леонидович, на пресс-конференции вы заявили: «Спасибо, что вернули домой блудного сына». А что вас связывает с Южным Уралом?
— Здесь живут люди, которых я люблю и уважаю. Это прежде всего родственный мне по духу уполномоченный по правам человека Алексей Севастьянов, с которым мы постоянно в контакте. Я принимал посильное участие в защите его диссертации как доктор и профессор, возглавляющий отделение проблем права в Российской академии естественных наук. Он ведет правозащитную деятельность. И то, что он здесь много и качественно работает, это бесспорно. Всегда рад помочь ему, опираясь на мою большую юридическую практику.

Когда тебя спрашивают, откуда ты родом, и ты не без гордости отвечаешь: «С Урала» — это здорово. Челябинская область — промышленное сердце России, а не какая-то дотационная республика. Я вырос в Воркуте, которая вызывает ассоциации с местом, где лагеря и тюрьмы и тоска зеленая. Но Урал — это совершенно другая история.

— Вы участвовали практически во всех громких делах. И при этом преподаете, написали более 500 научных трудов по юриспруденции, занимаетесь политикой и воспитываете четверых детей. Как вы все успеваете? Для этого нужна сумасшедшая энергия. У вас есть секрет, какой-то внутренний резерв? Поделитесь.
— Секрет есть, конечно. Секрет того места, где родился, секрет земли, которая притягивает самые крупные метеориты. Это же не случайные вещи. Определенный знак свыше. Знаете, я в юридическую практику пришел из науки. Стал адвокатом, когда был доктором юридических наук. И мне обидно, что сейчас научная деятельность не считается в России престижной. Но дело вот в чем. Наука всегда идет рядом с моей юридической практикой, имеющей большие последствия.

После дел о терроризме кардинально поменяли закон о борьбе с терроризмом на закон о противодействии терроризму. Это был мой вклад. Сегодня я читаю лекции об этом в А кадемии ФСБ. После ДТП на Ленинском проспекте в Москве, где погибли два известных акушера, на одну треть поменяли уголовно-процессуальное законодательство. Потому что я обратился в Конституционный суд. И мы признали норму, не позволяющую судить покойного обвиняемого в интересах родственников и их имущества, незаконной. И сейчас законопроект в Госдуме прошел первое чтение.

Я веду дела семи последних авиакатастроф в части защиты потерпевших. Я считаю своей заслугой, что по страхованию авиаперевозок появилась цифра два миллиона рублей. Я недоволен этой суммой. И мы работаем дальше. И на следующей неделе мы уже подаем иски по ярославской авиационной катастрофе в интересах родственников погибших. Мы должны привлекать мировые нормы права. А по ним минимальная цифра страхования — 12 миллионов рублей. Это существенно влияет на безопасность авиационных перевозок. Когда высока степень риска материальной ответственности, на старом хламе никто не летает.

Кстати, поправки были внесены после техногенной катастрофы в «Трансвааль-парке». Там погибло большое количество граждан Москвы и не только.

В юриспруденцию поневоле

— Все сегодня в стране ожидают прорыва. А его что-то не видно. Может, в юридической сфере есть такой?
— Сегодняшняя наука дает прогресс и новые технологии только на пересечении различных отраслей. Моя деятельность дает эффект на стыке науки и практики, на стыке политической деятельности. Вопросы, интересующие общество, имеют политическую составляющую. Терроризм, слабое, пробельное законодательство, коррупция. В Госдуме много хороших людей — артистов, спортсменов, певцов. Но они ничего не понимают в законах. Свежий пример. Депутаты предложили последнюю поправку в закон о противодействии терроризму, которая регламентирует возможность привлечения родственников террористов только за то, что они — родственники. Это же нарушение фундаментальных норм права в части презумпции невиновности. И теперь этот законопроект, написанный одним из руководителей Госдумы, поступил на рассмотрение! Мы с ним в одной телепередаче дискутировали. Чуть дело до драки не дошло.

— Игорь Леонидович, вы работали заместителем начальника хозуправления администрации президента России. Защитили степень кандидата экономических наук. Как вы стали юристом?
— Наша страна кардинально отличается от всех цивилизованных стран необдуманным использованием уголовного права. Как рычагом, воздействуют на все сферы жизни: на кадровую политику, конкуренцию в рыночной экономике, политику как таковую. И у нас поговорка «От тюрьмы да от сумы не зарекайся» всегда актуальна. Мы видим, как огромное количество уголовных дел возбуждается очень часто безосновательно. И мы понимаем, что под этим стоит либо политика, либо решение кадровых вопросов, либо конкуренты «заказали» друг друга.

Когда человек занимает активную жизненную позицию в России, он рано или поздно попадает в сферу воздействия правоохранительной системы.

Меня арестовали и содержали в камере смертников шестого, «особого» коридора, для тех, кого приговаривали к расстрелу. При том что мне вменяли подделку документов и мошенничество. Вот такой «пресс» был из-за кадровой борьбы. Находясь в тюрьме, я вынужден был заняться юриспруденцией, которая дала вот этот результат. Произошло переключение, когда я понял, что в нашей стране так много людей не защищены, а 30 процентов невиновных сидят в местах лишения свободы. Если сидит миллион, то 300 тысяч — это огромный пласт народа, который должен работать.

С боксом по жизни

— А что было потом?
— Преподавал в двух вузах и одной академии, получил звание профессора. Меня полностью реабилитировали. Тот прокурор, который возбуждал уголовное дело, сейчас отбывает лишение свободы. Он получил шесть лет за это заказное дело. Ему осталось сидеть два года.

— «Трунов против Российской Федерации». Вот ведь до чего дошло.
— Это из решения Европейского суда вы цитируете. Я не законодатель, но у меня есть некоторый объем инструментов, которыми я пользуюсь. Вот видите, я один на треть изменил уголовно-процессуальное законодательство.

— А откуда у вас интерес к боксу?
— Мы с вами росли в то время, когда хулиганство было самой распространенной статьей. Вся молодежь прошла через дворовые приключения. Центральными вопросами были «Ты в каком районе живешь?» и «Закурить не найдется?» Чтобы быть в состоянии защитить собственное достоинство, пошел в секцию бокса, как все мальчишки. А потом это переросло в увлечение. Я стал мастером спорта, выиграл ряд соревнований, в том числе и международных. Увлечение осталось как форма поддержания здоровья. Я и нос себе переделал. У меня там стоит оленье сухожилие, поэтому я не могу спарринговать. Да, нос был много раз сломан, зато это дает мужское отношение к жизни и мужское видение.

Фото Наиля ФАТТАХОВА.

Оперативная юридическая консультация

Задайте вопрос нашим адвокатам и юристам и получите ответ сегодня. Это бесплатно.

    Translate »
    AllEscort