Гаджет-революция в судах - Международная Юридическая фирма «Трунов, Айвар и партнеры»
«ТРУНОВ, АЙВАР И ПАРТНЁРЫ»

Международная Юридическая фирма, основана в 2001 году

Гаджет-революция в судах

2 августа 2012
22

Показания свидетелей в процессе тайной не были никогда, а в современном мире это вообще невозможно

Изображение внутри записи

Вчера представители Замоскворецкого и Хамовнического судов объясняли журналистам, как именно им освещать заседания. Возражения вызвала онлайн-трансляция допросов свидетелей с помощью электронных гаджетов. Оказалось, их прямую речь оглашать нельзя, а можно только косвенную. Напомним, что в настоящее время в этих судебных инстанциях рассматриваются дела чемпиона мира по самбо Расула Мирзаева и участниц панк-группы Pussy Riot. Опрошенные «НГ» эксперты подчеркивают: любого здравомыслящего человека, имеющего представление о действующих законах и об уровне развития информационных технологий, подобные пожелания могут только удивить.

Сотрудницы двух судебных пресс-служб вторили друг другу едва ли не дословно. Представителей СМИ просили «воздержаться от подробной публикации фактических обстоятельств дела, озвученных свидетелями», ссылаясь при этом на то, что «их дословное цитирование запрещено Уголовно-процессуальным кодексом». Мол, каждый последующий свидетель не должен знать подробности показаний его предшественников, иначе он сможет «подкорректировать» свои слова. Из этих соображений в начале процессов была запрещена видео- и фотосъемка, а также соответственно видеотрансляция их допросов.

Как обойти подобное вето, журналисты додумались быстро: на сайтах в Интернете стали появляться онлайн-репортажи процессов в письменном виде. В такой же форме освещать судебные заседания принялись и несколько блогеров. И вот вчера им неожиданно посоветовали: прямые цитаты свидетелей из текстов нужно убирать.

При этом против цитат косвенных, что при озвученной логике довольно странно, в судах почему-то никто не возражал.

То, что подобные пожелания возмутили самих журналистов, было ожидаемо. Так, председатель комиссии Общественной палаты по СМИ и свободе слова Павел Гусев подчеркнул, что эта просьба антизаконна: «По закону о СМИ журналисты имеют полное право как передавать косвенно, так и цитировать показания в ходе судов. Конечно, они не делают этого только тогда, когда судебное заседание проходит в закрытом режиме».

С ним согласилась руководитель пресс-службы Мосгорсуда Анна Усачева: «Журналисты имеют полное право на освещение открытого судебного процесса. Работа СМИ включает в себя и прямое цитирование, и косвенную речь, и анализ полученной информации». Правда, при этом Усачева подчеркнула, что все же «следует учитывать распоряжения председательствующего по делу судьи, а также руководствоваться как действующим законодательством, так и здравым смыслом». Усачева сослалась на статью 278 УПК РФ, первый пункт которой требует: «Свидетели допрашиваются порознь и в отсутствие недопрошенных свидетелей». Впрочем, при нынешнем уровне развития коммуникаций и всеобщего распространения различных гаджетов ситуацию намеренной изоляции одних свидетелей от других представить себе просто невозможно. И процессуальная практика тоже это подтверждает.

Именно поэтому опрошенные «НГ» эксперты с подобными представлениями из прошлых веков и не согласились. «Председатели судов могут придумывать какие угодно правила, однако при нынешнем уровне развития информационных технологий и до тех пор, пока судебные заседания будут проходить в открытом режиме, присутствующие на них люди смогут и будут передавать, в том числе в онлайн-режиме, то, что на них происходит», – заметил в разговоре с «НГ» блогер Олег Козырев. По его мнению, единственный

способ помешать этому – поставить в зале суда глушители для техники.

Изображение внутри записи

«Порядок ведения судебного процесса действительно предписывает: свидетели не должны знать то, о чем говорили их предшественники в зале суда. Однако никаких санкций за нарушение этих правил в законе не предусмотрено. А значит, на каком основании журналистам пытаются давать советы и что-то запрещать, непонятно», – заметил в беседе с «НГ» адвокат Игорь Трунов. Как отметил эксперт, не выдерживает критики и призыв «руководствоваться здравым смыслом»: «Установленный порядок уже мало на что влияет. Свидетелям приходится давать показания не только в зале суда, но и раньше – во время следственных действий. И, как показывает практика, изменить то, что они сказали первоначально, им уже никто не даст. Даже если какой-то из свидетелей узнает и сильно впечатлится тем, что сказал его предшественник, а после задумает свои показания поменять, ему будет грозить ответственность за дачу ложных показаний в период следственных действий. И кто на это пойдет?»

Помимо этого, как отметил Трунов, адвокаты могут ознакомить своих свидетелей с показанием друг друга еще до суда: «И никакие журналисты им для этого не нужны». Единственный выход помешать освещению процессов журналистами и блогерами – сделать их полностью закрытыми, однако «публичность должна быть одним из фундаментов современного права»: «Как мы помним, прежде все громкие процессы, к примеру о взрыве домов, проходили в закрытом режиме. Теперь суды стали открытыми, однако привычка закрывать рот тем, кто пытается сделать их гласными, все же осталась».

С подобной точкой зрения согласился и адвокат Вадим Прохоров: «По действующим законам суд имеет право не разрешать видео- и фотосъемку. Однако эти запреты не касаются даже аудиозаписи, не говоря уж о записи письменной. Единственный способ заставить кого-то их не вести – внесение изменений в действующие законы. Но я в этом смысла не вижу».

«Никакого практического значения такие советы пресс-секретарей не имеют. Здесь важно лишь одно – суды пытаются на СМИ давить и ограничивать освещение процессов. Если бы законодательство это не запрещало, они бы вообще делали заседания закрытыми», – заметил глава Московской общественной наблюдательной комиссии Валерий Борщев. Кроме того, эксперт подчеркнул: в нынешних средствах связи – ноутбуках, планшетах, мобильных телефонах – возможность передать информацию о ходе процесса останется всегда. «Если же у входа в зал суда кто-то попробует провести обыск и изъять разрешенную при открытом процессе технику, то это будет дополнительным свидетельством репрессий против СМИ. Но даже это ничего не даст, потому что журналисты смогут записывать от руки и при первой возможности обнародуют происходящее», – заметил он.