Привилегии и иммунитеты в отношении адвоката в уголовном судопроизводстве. // журнал Уголовный процесс №1, 2004 - 0,5 п.л. - Международная Юридическая фирма «Трунов, Айвар и партнеры»
«ТРУНОВ, АЙВАР И ПАРТНЁРЫ»

Международная Юридическая фирма, основана в 2001 году

Привилегии и иммунитеты в отношении адвоката в уголовном судопроизводстве. // журнал Уголовный процесс №1, 2004 – 0,5 п.л.

К сожалению, материал недоступен

И.Л.Трунов
Вице-президент Федерального союза адвокатов
Доктор юридических наук, профессор, академик РАЕН

Л.К. Трунова
доктор юридических наук, профессор МИУ,
член-корреспондент РАЕН, почетный адвокат России,
Заместитель председателя Московской "Центральной"
коллегии адвокатов

Особенности производства по уголовным делам в отношении отдельных категорий лиц впервые введены в уголовно-процессуальном законодательстве Российской Федерации самостоятельным разделом как совокупность процессуальных правил, определяющих специальный порядок привлечения к уголовной ответственности, применения мер пресечения, иных мер уголовно процессуального принуждения и производства следственных действий.
Определенные исключения, касающиеся дипломатических и иных представителей иностранных государств, установлены международными договорами Российской Федерации, являющимися в соответствии с ч. 3 ст. 1 УПК РФ составной частью законодательства Российской Федерации, регулирующих уголовное судопроизводство.
К выделенным категориям относятся:
– члены Совета Федерации и депутаты Государственной Думы; депутаты законодательного (представительного) органа государственной власти субъекта Российской Федерации; депутаты, члены выборного органа местного самоуправления, выборные должностные лица органа местного самоуправления; судьи Конституционного Суда РФ;
– судьи федерального суда общей юрисдикции или федерального арбитражного суда; мировые судьи и судьи конституционного (уставного) суда субъекта РФ; присяжные или арбитражные заседатели в период осуществления ими правосудия;
– Председатель Счетной палаты РФ, его заместители и аудиторы Счетной палаты РФ;
– Уполномоченный по правам человека в РФ;
– Президент РФ, прекративший свои полномочия, а также кандидаты в президенты РФ;
– прокуроры, следователи и адвокаты;
– члены избирательной комиссии, комиссии референдума с правом решающего голоса.
Включение данных норм в УПК РФ ставит должностных лиц, обладающих определенным объемом неприкосновенности, в особое положение перед законом и судом с остальными гражданами и силу осуществления ими особых функций, требующих дополнительных гарантий, способствующих самостоятельному и независимому осуществлению возложенных на них обязанностей.
Перечисленные лица имеют ряд преимуществ при решении вопроса о возбуждении в отношении них уголовного преследования, об избрании меры пресечения, о производстве оперативно-розыскных и следственных действий, а также при применении иных правоограничительных мер. Эти преимущества различны для разных указанных категорий лиц. Особый порядок направлен на создание системы гарантии их деятельности. Он конкретизирует положения законодательства, регламентирующего правомочия, функции и меры защиты неприкосновенности лиц, обладающих процессуальным иммунитетом.
Будучи практикующими адвокатоми, авторы, прежде всего, считают необходимым отметить иммунитеты адвокатской деятельности.
Адвокат, как спецсубъект введен в Уголовно-процессуальный кодекс России впервые, что является важнейшим условием для реформирования судебной системы, значительным и существенным фактором для построения правового государства, в котором права и законные интересы граждан являются высшей ценностью.
К гарантиям независимости адвоката относятся запреты: каким бы то ни было образом вмешиваться в адвокатскую деятельность, осуществляемую в соответствии с законодательством, либо препятствовать этой деятельности; привлекать адвоката к какой-либо ответственности (в том числе после приостановления или прекращения статуса адвоката) за выраженное им при осуществлении адвокатской деятельности мнение, если только вступившим в законную силу приговором суда не будет установлена виновность адвоката в преступном действии (бездействии); требовать от адвоката, а также от работников адвокатских образований, адвокатских палат или Федеральной палаты адвокатов сведения, связанные с оказанием юридической помощи по конкретным делам, производить изъятия и выемки, производить проллюстрацию почтово-телеграфной корреспонденции, прослушивать телефонные переговоры без соответствующего решения суда, применять иные меры воздействия в отношении адвоката. Адвокат, члены его семьи и их имущество находятся под защитой государства. Органы внутренних дел обязаны принимать необходимые меры по обеспечению безопасности адвоката, членов его семьи, сохранности принадлежащего им имущества. В МВД РФ создан специальный отдел по защите имущества адвоката и членов их семьи.
Уголовное преследование адвоката осуществляется с соблюдением гарантий, предусмотренных уголовно-процессуальным законодательством. Правовой статус адвоката определен Законом "Об адвокатской деятельности и адвокатуре в Российской Федерации" от 31 мая 2002 г. № 63-ФЗ . Наделение адвоката процессуальным иммунитетом является дополнительной гарантией защиты прав и законных интересов граждан при производстве адвокатом своей профессиональной деятельности. Адвокат единственный независимый субъект оказания квалифицированной юридической помощи, защищенный предоставленным законом адвокатским иммунитетом, адвокатской тайной, гарантиями невмешательства в профессиональную деятельность.
Термин "иммунитеты" в его общеупотребительном смысле обычно раскрывается с помощью таких близких по значению синонимов, как "особые права", "привилегии", "льготы", "преимущества" и т. п. В свою очередь в энциклопедических словарях и словарях современного русского литературного языка перечисленным названиям этого понятия даны определения, содержащие существенные его признаки .
В этой ситуации задача определения понятия иммунитетов в уголовном процессе, казалось бы, облегчается и сводится лишь к выборке уже выявленных существенных признаков. Но дело осложняется тем, что понятие иммунитетов используется для обозначения правовой категории и поэтому оно имеет юридический смысл, значение и соответствующие правовые признаки. Следовательно, раскрыть понятие иммунитетов в уголовном процессе – значит выявить не только и не столько его общеупотребительный смысл, сколько его правовые признаки, а в силу преходящего характера всякого правового явления – и его этимологию, происхождение. Слово "иммунитет" происходит от латинского слова "immunitas" – освобождение, избавление , независимость, неподверженность .
Действовавший УПК РСФСР 1960 г. не выделял самостоятельным разделом особенности производства по уголовным делам в отношении отдельных категорий лиц и не знал терминов "иммунитеты" или "дипломатические иммунитеты", хотя соответствующий институт предусматривался. Производство по уголовным делам в отношении отдельных категорий лиц сводилось к правилам решения вопросов о возбуждении уголовных дел, производства обыска, выемки, наложения ареста на почтово-телеграфную корреспонденцию, проведение иных оперативно-розыскных действий. При этом адвокат к такой категории не относился. Нормы УПК РСФСР носили бланкетный, отсылочный характер к иному федеральному законодательству, которым установлен исключительный порядок возбуждения уголовного дела, привлечения к уголовной ответственности, заключения под стражу и применения связанных с этим правоограничений к государственным деятелям высокого уровня.
Новый УПК РФ 2001 г. четко определил круг специальных субъектов, которые наделены специальными привилегиями, содержание этих привилегий, форму и порядок осуществления уголовно-процессуальной деятельности в отношении отдельных категорий граждан.
Ранее в УПК РСФСР процессуальный иммунитет был установлен исключительно для следователя прокуратуры Федеральным законом от 17 ноября 1995 г. № 168-ФЗ "О прокуратуре Российской Федерации" . Ныне действующий УПК РФ расширил перечень должностных лиц, к которым применяется иммунитет, теперь это: следователи прокуратуры, следователи органов внутренних дел, следователи органов Федеральной службы безопасности (ст. 12-13 Федерального закона от 3 апреля 1995 г. № 40-ФЗ "Об органах федеральной службы безопасности в Российской Федерации" ).
Правом производства предварительного следствия наделены также начальники следственного комитета, управления, службы, отдела, отделения, группы органов внутренних дел, органов Федеральной службы безопасности, и их заместители, действующие в пределах своей компетенции. Указанные должностные лица при производстве предварительного следствия пользуются правами следователя.
Поскольку такие привилегии носят не личностный, а публично-правовой характер, постольку их главная цель и задача – обеспечить независимость, равноправие, состязательность сторон в уголовном процессе, создание благоприятной среды и надлежащие условия для выполнения соответствующих функций и полномочий, которыми наделены адвокаты, обладающие процессуальным иммунитетом.
Что касается правовых норм, предусматривающих неприкосновенность судей, народных, присяжных и арбитражных заседателей, прокуроров, следователей и других лиц, то в данном случае иммунитет перечисленных в ст. 447 УПК РФ лиц основан на аналогичных гарантиях. Судьи, народные, присяжные и арбитражные заседатели, прокуроры, следователи и адвокаты пользуются уголовно-процессуальным иммунитетом в силу своего специального статуса в уголовном, гражданском, арбитражном и административном судопроизводстве. Иммунитет перечисленных лиц гарантирует надлежащее выполнение ими процессуальных обязанностей, связанных с производством предварительного следствия, осуществлением правосудия и защитой прав и законных интересов граждан.
Отсутствие специальной нормы об иммунитетах и привилегиях отдельных категорий лиц в УПК РСФСР 1960 г. причиняло значительные неудобства. Данные нормы были рассредоточены в различных федеральных и международных нормах права. В УПК РФ 2001 г. введение самостоятельного раздела "Особенности производства по уголовным делам в отношении отдельных категорий лиц" упорядочило правила уголовного судопроизводства в отношении отдельных категорий лиц.
Применению меры пресечения в отношении спецсубъекта предшествует возбуждение уголовного дела и (или) привлечение к уголовной ответственности указанных лиц, задержание, привлечение в качестве подозреваемого, после которого решается вопрос о применении меры пресечения и которому предшествует процедура лишения их неприкосновенности (иммунитета). Лишь после возбуждения уголовного дела, в соответствии со ст. 448 УПК РФ, в отношении специального субъекта – лиц, перечисленных в ч. 1 ст. 447 УПК РФ, – может решаться вопрос об избрании меры пресечения и производстве отдельных следственных действий (ст. 450 УПК РФ).
К сожалению, приходится констатировать, что российская адвокатура в настоящее время находится в состоянии кризиса и кризис этот связан с возрастающим давлением со стороны силовых структур, прокуратуры и судов. Реформирование адвокатуры – одно из важнейших условий судебной реформы в целом.
Такие факты, как изъятие в изоляторе "Матросская тишина" материалов адвокатского досье под предлогом осуществления контроля за перепиской подозреваемого свидетельствуют, что ни одна встреча адвоката с подзащитным не проходит без тотального видео- и аудио- контроля со стороны противоборствующих структур. Особенно хорошо это известно по "громким делам". Современные средства и технологии позволяют контролировать каждое слово, не то, что сказанное, даже написанное адвокатом и его подзащитным друг другу. Имел место случай, когда адвокат, беседуя со своим подзащитным, вела с ним переписку, и дабы содержание их беседы не стало достоянием других лиц, в виде эксперимента, прикрылась раскрытым зонтом. Реакция сотрудников СИЗО не заставила себя ждать. Через незначительное время в камеру свиданий ворвалось несколько оперативных сотрудников Поскольку тюремные власти через общие силовые структуры имеют возможность передавать содержание бесед адвокатов с подзащитными, право на защиту сводится фактически на нет.
Тем не менее, введенный в действие с 1 июля 2002 г. Федеральный закон "Об адвокатской деятельности и адвокатуре в РФ", как собственно и Уголовно-исполнительный кодекс РФ (ст. 89), предусматривают право адвоката беспрепятственно встречаться со своим доверителем наедине, в условиях, обеспечивающих конфиденциальность (в том числе в период его содержания под стражей).
Как показывает анализ адвокатской практики за последний период времени, органами предварительного следствия, органами, осуществляющими оперативно-розыскную деятельность существенно нарушаются положения законодательства о неприкосновенности и соблюдении адвокатской тайны.
Следователи активно предпринимают попытки допрашивать адвокатов в качестве свидетелей по уголовным делам, составлять процессуальные документы, фиксирующие результаты следственных действий с их участием в действительности не проводившиеся и т.п. Так, следователем Генеральной прокуратуры РФ была вызвана на допрос по делу И. адвокат Д. Явившись в прокуратуру адвокат Д. отказалась давать показания в качестве свидетеля, сославшись на то обстоятельство, что она является адвокатом по делу. Тем не менее, следователем был составлен протокол допроса адвоката в качестве свидетеля, где она расписалась о разъяснении ст. 51 Конституции РФ (факт имел место до вступления в действие УПК РФ 2001 г.), далее в протоколе допроса в качестве свидетеля следовала фраза, что Д. отказалась от дачи показаний. Таким образом, правовой статус адвоката Д., как свидетеля по делу был определен протоколом не состоявшегося допроса. Это обстоятельство послужило основанием для отвода Д. от участия в деле в качестве адвоката. Авторы неоднократно в своей практике сталкивались с аналогичными случаями.
Видится, что тактика поведения адвоката в данных случаях не отвечает требованиям закона. Автора настоящей статьи прокуратура г. Москвы также пыталась допросить в качестве адвоката по уголовному делу по факту захвата заложников в мюзикле "Норд-Ост". Адвокат избрал иную тактику поведения. Явившись в прокуратуру, им было подано заявление о неправомерности действий следователя К. В заявлении было указано о недопустимости допроса адвоката по делу по фактам, ставшим ему известным в связи с оказанием юридической помощи. Сославшись на ст. 8 Федерального закона "Об адвокатской деятельности " (ч. 2) "Адвокат не может быть вызван и допрошен в качестве свидетеля по обстоятельствам, ставшим ему известными в связи с обращением к нему за юридической помощью или в связи с ее оказанием", были обжалованы действия следователя не только о намерении допросить адвоката в качестве свидетеля, но и сам факт вызова для такого допроса (заявление размещено на сайте www.trunov. com.) .
Эти и аналогичные действия являются грубым нарушением положений ст. 8 Федерального закона "Об адвокатской деятельности и адвокатуре в Российской Федерации". Зачастую это делается с целью "выбить" того или иного неугодного адвоката из уголовного дела. Куда проще следователю работать со "своим" адвокатом, который ни проблем не создает, с клиентом может "поработать", да и сам из "бывших". Не относя данных высказываний к большинству российских адвокатов, добросовестно осуществляющих свой адвокатский долг, все же приходится констатировать, что в адвокатских рядах имеются некоторые "коллеги", не достаточно достойно ведущие себя, и не отвечающие требованиям Закона "Об адвокатской деятельности" и Кодекса профессиональной этики адвоката. Помимо укрепления положений адвокатского сообщества в деятельности по защите прав и законных интересов обратившихся за оказанием юридической помощи лиц, адвокатуре необходимо обращать внимание на чистоту своих рядов.
Учитывая создавшееся положение, Совет Федеральной палаты адвокатов РФ дал следующие разъяснения:
Конституционное право гражданина РФ на квалифицированную юридическую помощь в полной мере реализовано нормами Федерального закона, статьей 8 которого определены понятие и правовой режим обеспечения адвокатской тайны, как любых сведений, связанных с оказанием юридической помощи своему доверителю, а также виды деятельности адвоката, в процессе осуществления которой сохраняется адвокатская тайна.
Предметом адвокатской тайны в свете вышесказанного являются:
– сам факт обращения доверителя к адвокату, характер и содержание оказанной ему юридической помощи;
– любые сообщенные адвокату сведения из личной, семейной, интимной, общественной, служебной, хозяйственной и иной сфер деятельности доверителя (использование этих сведений в ходе адвокатской деятельности допускается только с согласия доверителя);
– любые документы, личные записи доверителя и иные письменные, аудио- и видеоматериалы, информация на электронных носителях, полученные от доверителя или иным способом в связи с оказанием юридической помощи;
– сведения, полученные адвокатом в результате его участия в закрытых судебных заседаниях, за исключением содержания судебных актов, подлежащих публичному оглашению;
– принадлежность доверителя к формальным и неформальным профессиональным, религиозным, общественным и иным объединениям граждан;
– любые другие сведения, связанные с оказанием юридической помощи, несанкционированное распространение которых может нанести вред законоохраняемым правам и интересам доверителя, адвоката и других лиц.
В то же время, следует иметь в виду обстоятельства, препятствующие адвокату принимать от граждан поручения на оказание юридической помощи в какой-либо форме. Такие обстоятельства перечислены в ст. 6, ч. 4, п.п. 1 и 2 Федерального закона.
В качестве гарантий недопустимости разглашения адвокатской тайны законодателем установлены положения, предусмотренные ч.ч. 2 и 3 ст. 8 Федерального закона. Они заключаются в запрете вызова и допроса адвоката в качестве свидетеля об обстоятельствах, ставших ему известными в связи с обращением к нему за юридической помощью или в связи с ее оказанием. Во всех остальных случаях адвокат действующим законодательством рассматривается как частное лицо и, если ему известны какие-либо обстоятельства, имеющие значение для расследования и разрешения уголовного дела, он может быть вызван для дачи показаний и быть допрошен.
Установлены также ограничения для оперативных и следственных органов на производство оперативно-розыскных мероприятий или следственных действий в отношении адвоката (ч. 3 ст. 8 Федерального закона). Они допустимы только на основании судебного решения. Эти правила должны действовать в отношении всего спектра адвокатской деятельности и не ограничены по месту и времени. Той же нормой Федерального закона уточнены отдельные места, используемые адвокатом для осуществления своей деятельности, а именно, жилые и служебные помещения. Служебными помещениями, на которые распространяется защита, следует считать: а) служебные помещения адвокатских образований, используемые для осуществления адвокатской деятельности; б) иные помещения, в которых отдельные адвокаты осуществляют адвокатскую деятельность, обусловленную специальными соглашениями (договорами).
При необходимости рекомендуется адвокатским палатам субъектов Российской Федерации составить единый перечень (реестр) служебных помещений, используемых адвокатами для осуществления своей деятельности.
Для эффективного применения положений ст. 8 Федерального закона также рекомендуется обязательное хранение полученных от доверителей документов и иных письменных материалов и электронных носителей с информацией, а также записей адвоката и доверителей, относящихся к оказанию юридической помощи, в соответствующих папках, имеющих надписи: "Адвокатское производство – содержащиеся сведения составляют охраняемую законом адвокатскую тайну и не могут использоваться в качестве доказательств обвинения".
Документы, предметы и иные сведения необходимо отмечать соответствующими надписями (наклейками) и хранить в сейфах или специальных боксах, имеющих надпись:
"В боксе содержатся сведения, составляющие охраняемую законом адвокатскую тайну".
В случае нарушения вышеперечисленными органами установленных запретов законодателем предусмотрено исключение из числа доказательств по делу тех фактических данных, которые добыты в ходе оперативных и следственных действий. Однако подобное возможно, как указано в ст. 8, ч. 3 Федерального закона, только при условии, что такие сведения, предметы и документы входят в производство адвоката по делам его доверителей. Исключением из этого правила являются орудия преступления, а также предметы, которые запрещены к обращению или оборот которых ограничен в соответствии с законодательством РФ.
Следует также иметь в виду гарантии независимости адвоката, закрепленные ст. 18 Федерального закона. Они заключаются:
– в запрещении вмешиваться в адвокатскую деятельность либо препятствовать ей каким бы то ни было образом; истребовать от адвокатов и работников адвокатских образований, адвокатских палат или Федеральной палаты адвокатов сведений, связанных с оказанием юридической помощи по конкретным делам (ч.ч. 1 и 3);
– в запрещении привлечения адвоката к какой-либо ответственности за выраженное им при осуществлении адвокатской деятельности мнение, в том числе после приостановления или прекращения статуса адвоката. Исключением из данного правила является вступивший в законную силу приговор суда, устанавливающий вину адвоката в преступном действии (бездействии) (ч. 2);
– в нахождении адвоката, членов его семьи и их имущества под защитой государства и обязанности органов внутренних дел принимать меры по обеспечению их безопасности (ч. 4);
– в установлении особого процессуального порядка уголовного преследования адвоката, предусмотренного ст.ст. 447-451 УПК РФ (ч. 5).
"Истребование от адвокатов, а также от работников адвокатских образований, адвокатских палат или Федеральной палаты адвокатов сведений, связанных с оказанием юридической помощи по конкретным делам, не допускается" – часть 3 ст. 18 названного Закона.
Несмотря на правовые гарантии, сотрудники правоохранительных органов продолжают игнорировать правовой статус адвоката. Не так давно имел место случай, когда следователь районной прокуратуры позвонил в коллегию адвокатов с заявлением о предстоящей выемке документов у адвокатов, сославшись на наличие у него постановления районного прокурора. Кроме того, следователь попытался обязать председателя Президиума коллегии адвокатов явиться на допрос для дачи показаний в качестве свидетелей. После длительной телефонной беседы и разъяснений со стороны председателя коллегии о незаконности действий следователя прокуратуры, последний заявил о безусловном проведении указанных действий и если адвокаты расценивают его как незаконное, они вправе их обжаловать.
Приведем еще один показательный пример, адвокат Т. являлась представителем в Арбитражном суде г. Москвы крупной корпорации по экспорту и реализации винной продукции. Корпорация приобрела в собственность дорогостоящее помещение, расплатилась с продавцом. Через некоторое время, в процессе оформления документов выяснилось, что помещение ранее уже трижды продано. Адвокат Т. в интересах своего доверителя, обратилась в суд с иском о признании договора недействительным, возврате стоимости помещения, взыскании процентной ставки за пользование чужими денежными средствами и иных денежных компенсаций, которые составляли в общей сложности 140 млн. руб. Представитель ответчика, ранее высокопоставленный сотрудник системы прокуратуры, дабы оказать на адвоката давление, договорился со знакомым следователем о возбуждении в отношении Т. уголовного дела по обвинению в преступлении, не связанном с профессиональной деятельностью . Лишь спустя несколько месяцев, после длительной и кропотливой борьбы адвоката с противоправными действиями следователя, уголовное дело было прекращено.
Статья 15 Уголовно-процессуального кодекса РФ закрепляет принципы состязательности уголовного судопроизводства и равенства сторон. Нарушение этих основополагающих правил, приведенное отношение к адвокатам является ярким показателем неграмотности, коррумпированности, зависимости со стороны правоохранительных органов. К сожалению, и суды в большей своей части, так и остались органом, выполняющим обвинительную функцию, в то время, как конституционной задачей и гарантией Суда является независимость.
Ситуация с правами адвоката, а как следствие правами и законными интересами граждан, серьезная озабоченность в связи с нарушением правоохранительными и иными органами гарантий независимости адвоката при осуществлении адвокатами профессиональной деятельности заставила адвокатское сообщество создать Комиссию Федеральной палаты адвокатов по представительству и защите прав адвокатов.
Федеральная палата адвокатов 10 декабря 2003 г. приняла решение:
-рекомендовать адвокатским палатам субъектов Российской Федерации создание и организацию работы аналогичных комиссий по защите прав адвокатов, сведения о которых внесены в региональные реестры адвокатов;
-утвердить Рекомендации по обеспечению адвокатской тайны и гарантий независимости адвоката при осуществлении адвокатами профессиональной деятельности;
-утвердить прилагаемый Перечень сведений, в том числе содержащих данные о фактах нарушения гарантий независимости адвоката, основания и порядок их представления в Федеральную палату адвокатов Российской Федерации;
-подготовить в Федеральный закон "Об адвокатской деятельности и адвокатуре в Российской Федерации" проекты поправок, направленных на усиление гарантий независимости адвоката;
-установить взаимодействие с Генеральной прокуратурой РФ, МВД РФ, с другими ведомствами, на которые возложено производство дознания и предварительного следствия по уголовным делам с целью обмена информацией и обеспечения гарантий независимости адвоката;
-рекомендовать коллегиям адвокатов, адвокатским бюро и адвокатским палатам субъектов Российской Федерации по каждому факту нарушения гарантий независимости адвоката, установленному вступившим в законную силу судебным решением, письменно обращаться к руководителям соответствующих правоохранительных и иных органов и организаций с требованием о привлечении к ответственности лиц, по вине которых нарушены права адвокатов при осуществлении профессиональной деятельности;
-проводить в адвокатских палатах субъектов Российской Федерации (ежеквартально) и в ФПА РФ (ежегодно) обобщение, анализ и рассмотрение на заседаниях советов данных о нарушениях прав адвокатов при исполнении ими профессиональных обязанностей с принятием соответствующих решений, предусматривающих меры по защите прав адвокатов;
-повысить качественный уровень деятельности квалификационных комиссий по приему квалификационных экзаменов у лиц, претендующих на присвоение статуса адвоката, рассмотрению жалоб о нарушении адвокатами норм Кодекса профессиональной этики адвоката, о неисполнении или ненадлежащем исполнении ими своих обязанностей.
Гарантии конфиденциальности взаимоотношений адвоката с доверителем, неотъемлемы от права граждан на получении квалифицированной юридической помощи, как одного из основных прав человека – установленного ст. 14 Международного пакта о гражданских и политических правах. Разъяснения по поводу обеспечения этих гарантий содержатся в Основных Положений, касающихся роли юристов, принятых 7 сентября 1990 года восьмым Конгрессом ООН по предупреждению преступности и обращению с правонарушителями. В соответствии с этими разъяснениями, Правительства должны признавать и обеспечивать конфиденциальный характер любых консультаций и отношений, складывающихся между юристами и их доверителями в процессе оказания профессиональной юридической помощи. Независимость адвокатов при оказании юридической помощи должна гарантироваться таким образом, чтобы обеспечить оказание свободной, справедливой и конфиденциальной юридической помощи.
В статье 20 этих Положений предусмотрено, что адвокат должен обладать уголовным и гражданским иммунитетом от преследований за относящиеся к делу заявления, сделанные в письменной или устной форме при добросовестном исполнении своего долга и осуществлении профессиональных обязанностей в суде, трибунале или другом юридическом или административном органе.
В Рекомендациях Комитета министров Совета Европы о свободе осуществления профессии адвоката, принятых 25 октября 2000 года, указано, в частности, что следует принять все необходимые меры для того, чтобы уважалась, защищалась и поощрялась свобода осуществления профессии адвоката без дискриминации и неправомерного вмешательства органов власти или общественности в свете соответствующих положений Европейской конвенции по правам человека. Здесь же предусмотрено, что адвокаты не должны страдать от последствий или подвергаться опасности любых санкций или давлению, когда они действуют в соответствии со своими профессиональными стандартами.
Таким образом, на международном уровне признается необходимым создание государствами благоприятных условий для выполнения адвокатами возложенных на них функций по выполнению или профессиональных обязанностей.
В Кодексе поведения для юристов в Европейском Сообществе (принят 28 октября 1998 года Советом коллегий адвокатов и юридических сообществ Европейского союза в Страсбурге) к основным признакам адвокатской деятельности относится обеспечение доверителю условий, при которых он может свободно сообщать адвокату сведения, которые не сообщил бы другим лицам, и сохранение адвокатом (получателем информации) ее конфиденциальности.
Соблюдение указанных гарантий является обязательным как для самого адвоката (адвокатская тайна), так и для органов государственной власти, обязанных обеспечивать гарантии независимости адвокатуры (ст. 3 ФЗ "Об адвокатской деятельности").
Адвокаты, отстаивая права и интересы личности, действуют в интересах всего общества, способствуют установлению объективной истины, справедливости, формированию правосознания граждан в духе точного и неуклонного исполнения законов. Адвокаты могут обнаружить нарушения в деятельности правоохранительных органов, поэтому они нуждаются в дополнительной правовой защите, нашедшей отражение в нормах Федерального закона "Об адвокатской деятельности и адвокатуре в Российской Федерации" (ст. 8). Тотальный контроль за адвокатурой сводит фактически на нет все достижения судебной реформы.
Институты процессуальных иммунитетов, будучи смежными и взаимосвязанными с одноименными институтами других отраслей права и заимствуя нормы этих отраслей права, несут в себе их основополагающие принципы. Поэтому иммунитеты, применяемые в уголовном процессе, имея собственные непосредственные цели, служат в конечном итоге достижению целей одноименных институтов иных отраслей права. В этом аспекте конечной целью процессуальных иммунитетов является обеспечение усиленной защиты обозначенной категории граждан, в том числе адвокатов, от неосновательных посягательств и создания благоприятных условий для беспрепятственного и эффективного осуществления возложенных на них особых государственных, межгосударственных или общественных функций.

1 Российская газета. 2002. 5 июня. № 100 (2968).
2 Советский энциклопедический словарь. Изд. 4-е, испр. и доп. М. Советская энциклопедия, 1989. С. 490, 742, 1069, 1560; Ожегов С. И. Словарь русского языка / Под ред. Н. Ю. Шведовой. 20-е изд. М.; Русский язык, 1988. С. 220, 294, 516, 521; Словарь иностранных слов. 15-е изд. испр., М.. Русский язык, 1988. С. 188, 399; Юридический энциклопедический словарь / Гл. ред. Л. Я. Сухарев. Ред. колл. М. М. Богуславский, М. И. Козырь, Г. М. Миньковский и др. М; Советская энциклопедия, 1984. С. 121; Тихомиров Л. В., Тихомиров М. Ю. Юридическая энциклопедия / Под ред. М. Ю. Тихомирова. М., 1997. С. 177, 434.
3 Советский энциклопедический словарь. М., 1982. С. 490.
4 Николаев А. Дипломатические привилегии и иммунитеты // Международная жизнь. 1983. № 8. С. 152.
5 Российская газета. 1995. 25 нояб.
6 СЗ РФ. 1995. № 15. Ст. 1269
7 На указанном сайте размещены материалы Федеральной палаты адвокатов, Министерства юстиции РФ и иные документы, касающиеся деятельности адвокатов.
8 Факты имели место до вступления в силу УПК РФ 2001 г.