Совершенствование права на защиту в новом Уголовно-процессуальном кодексе Российский следователь, 2002, № 6 - Международная Юридическая фирма «Трунов, Айвар и партнеры»
«ТРУНОВ, АЙВАР И ПАРТНЁРЫ»

Международная Юридическая фирма, основана в 2001 году

Совершенствование права на защиту в новом Уголовно-процессуальном кодексе Российский следователь, 2002, № 6

К сожалению, материал недоступен

Трунов И.Л., член Межтерриториальной коллегии адвокатов, профессор, д.ю.н.
Опубликовано: Российский следователь, 2002, № 6. С. 34-36.

Категорический императив, звучащий в Конституции, – права государства не могут быть выше прав человека, а само оно не свободно от обязанностей перед личностью. Государство существует для человека. Состязательность как принцип уголовного процесса получил закрепление в статье 123 части 3 Конституции России, Обвинение и защита осуществляются сторонами, наделенными равными правами. Суд руководит процессом судебного разбирательства, активно участвует в исследовании материалов дела и выносит по делу решение. При этом суд не выполняет функций ни защиты, ни обвинения, а выступает как орган правосудия[1]. Несомненно, это шаг на пути демократических преобразований.
Известно, что российские правоохранительные ведомства готовят законопроекты "под себя" и протаскивают их через непрофессиональный парламент[2]. Конституционный Суд РФ, состоящий из лучших юристов-профессионалов нашей страны, в тесных рамках правового поля восполняет и устраняет пробелы и несоответствия норм права Конституции РФ, что расценивается некоторыми учеными-юристами как не свойственная Конституционному Суду правотворческая деятельность. Вопрос о том, являются ли Постановления Конституционного Суда Российской Федерации источниками уголовно-процессуального права, в настоящее время дискуссионный. Нам кажется верной точка зрения К.Ф. Гуценко, прямо относящего постановления к действующим источникам уголовно процессуального права[3]. Практика Конституционного Суда РФ позволяет отметить его позитивный вклад в обновление положений ряда уголовно-процессуальных норм, ориентирующих практиков на прямое применение Конституции РФ. Среди таких решений представляется верной и очень важной для сегодняшнего дня позиция Конституционного Суда по проблеме состязательности в уголовном процессе. Реформаторские по своей сути для уголовного процесса постановления от 28.10.1996 г. (по делу о проверке конституционности ст. 418 УПК РСФСР); 20.04.1999 г. (п.п. 1 и 3 ч. 1 ст. 232, ч. 4 ст. 248 и ч. 1 ст. 258 УПК РСФСР); от 14.01.2000 г. (полномочия суда по возбуждению уголовного дела); от 14.02.2000 г. (ч.ч. 3, 4 и 5 ст. 377 УПК РСФСР)[4]. Конституционный суд последовательно расширял принятый Концепцией судебной реформы в Российской Федерации принцип состязательности в уголовном процессе. Наконец, в Постановлении № 2-П от 14.02.2000 г. (по делу о проверке конституционности п. ч. 3,4,5, ст. 377 УПК РСФСР) Конституционный Суд сделал вывод: "Принципы состязательности и равноправия сторон распространяются на все стадии уголовного судопроизводства… Это означает, что на разных стадиях уголовного процесса, в том числе в надзорной инстанции, прокурор и обвиняемый (осужденный, оправданный) должны обладать соответственно равными процессуальными правами". Очевидно, что участие граждан в уголовном процессе – крупномасштабное социальное явление[5]. Уголовный процесс, построенный на основе состязательности, содержит необходимые гарантии установления истины по делу; предупреждает односторонний характер выявления обстоятельств дела. Однако уголовно-про-цессуальное законодательство не определило до сих пор сущности состязательности. Законодательное закрепление принципа состязательности в уголовном процессе и его четкая регламентация имеют важное практическое значение. В принятом во втором чтении новом Уголовно-процессуальном кодексе РФ содержится поистине революционное новшество, закладывающее принцип состязательности с самого начала расследования уголовных дел. Статья 82 ч. 3 "Собирание доказательств" говорит: защитник, допущенный в установленном настоящим Кодексом порядке к участию в деле, вправе собирать и представлять предметы, документы и сведения, необходимые для оказания юридической помощи, в том числе опрашивать частных лиц, а также запрашивать справки, характеристики и иные документы из различных организаций, их объединений, которые обязаны в установленном порядке выдавать эти документы или их копии; запрашивать с согласия подзащитного мнение специалистов для разъяснения возникающих в связи с оказанием юридической помощи вопросов, требующих специальных познаний.
Предварительное расследование завершается составлением важного процессуального документа – обвинительного заключения, излагающего и обосновывающего окончательное решение обвинения.
По нашему мнению, необходимо в новый Уголовно-процессуальный кодекс ввести норму о наделении защитников правом и обязанностью составлять защитительное заключение и представлять его в суд с обязательной процедурой публичного оглашения в начале судебного следствия наравне и в порядке, предусмотренном для обвинительного заключения. Защитительное заключение способствовало бы изложению систематизированной позиции защитника, обосновывало бы соответствие выводов фактическим материалам дела, подтвержденным собранными, помимо стороны обвинения, собственными доказательствами, полученными в соответствии со статьей 82 УПК РФ, осуществляя официальную защиту по делу. Вопрос об использовании доказательств в предполагаемом защитительном заключении имеет важное теоретическое и практическое значение.
Защитительное заключение должно состоять из описательной, резолютивной частей и приложения к заключению.
Описательная часть заключения начинается с наименования документа и номера уголовного дела, по которому он составлен, с указанием фамилии, имени и отчества подзащитного.
По нашему мнению, в описательной части заключения после изложения фактов, послуживших основанием для возбуждения уголовного дела, и изложения установленных или не установленных обстоятельств, описывающих сущность дела, должны быть четко очерчены доказательства, подтверждающие позицию, версию, занятую защитой.
В первую очередь анализируются и приводятся доказательства, собранные обвинением; показания потерпевшего, свидетелей, данные протоколов осмотра места происшествия, обыска, выемки, заключений экспертов, и только после них приводятся доказательства, собранные защитой. Информация о характеристике личности подзащитного, об обстоятельствах, смягчающих его ответственность, не должна выводиться за пределы изложения доказательств.
Фактические данные – синоним информации, содержащейся в протоколах следственных действий. При этом не вся информация, зафиксированная в протоколе следственного действия или в документе, используется для доказывания в защитительном заключении, а только та ее часть, оперируя которой, адвокат обосновывает свои утверждения. Заключения эксперта также не приводятся в полном объеме – используются только его выводы. Систему доводов и аргументов, обосновывающих установление фактических обстоятельств и всех правовых выводов, со ссылкой на тома и листы материалов уголовного дела с приложением собранных в соответствии с Уголовно-процессуальным кодексом собственных материалов и доказательств и ходатайства о вызове дополнительных свидетелей и приобщении к материалам дела доказательств, собранных защитой.
Резолютивная часть с конкретными предложениями защиты по делу должна соответствовать ее содержанию. По сути, она представляет собой краткое описание, основанное на фактических обстоятельствах, версии защиты по данному делу применительно к диспозиции соответствующей статьи Особенной части Уголовного кодекса и неразрывно связанную с этим квалификацию преступления, если таковое, по мнению защиты, имело место. Защитительное заключение завершается указанием даты и места его составления.
К защитительному заключению адвокат прилагает список материалов, собранных защитой, ходатайство о приобщении которых к материалам дела содержится в описательной части заключения, а также список лиц, подлежащих, по мнению защиты, вызову в судебное заседание, допрос которых необходим в целях установления истины по делу. Данные о вызываемых свидетелях располагаются в такой последовательности, которая соответствует описательной части защитительного заключения.
Адвокат составляет защитительное заключение после ознакомления с утвержденным прокурором обвинительным заключением.
Позиция защиты в ходе судебного разбирательства может быть изменена, защитник на суде процессуально самостоятелен, оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, руководствуясь законом, своим правосознанием, и не связан с позицией, занятой в защитительном заключении.
Защитительное заключение существенно облегчит суду анализ уголовного дела, обеспечит реальную состязательность сторон, равенство их прав, получит конкретное процессуальное воплощение. Помимо предоставления прав составление защитительного заключения дисциплинировало бы защитников, обеспечивая тщательное изучение ими материалов дела и четкую выработку по нему своей позиции.
В дореволюционном уголовном процессе активно участвовал и приносил огромную реальную пользу для расследования уголовных дел помощник адвоката, называвшийся в то время помощником присяжного поверенного[6]. На практике коллегии адвокатов в своих Положениях предусматривают заключение соглашения адвокатов с помощниками и возможность содействия помощников адвокату. Внесенный Президентом Российской Федерации и прошедший первое чтение в Государственной Думе РФ проект Закона "Об адвокатской деятельности и адвокатуре в Российской Федерации" в главе 4 – "Организация адвокатуры" содержит следующие положения. Статья 26 "Помощник адвоката" закрепляет, что адвокат вправе иметь помощников. Помощником адвоката может быть лицо, имеющее высшее или незаконченное высшее юридическое образование, полученное в государственном или ином имеющем государственную аккредитацию по юридической специальности образовательном учреждении высшего профессионального образования, не совершившее порочащих поступков и не подпадающие под действие статьи 12 "Ограничения на приобретение статуса адвоката" настоящего Федерального закона.
Помощник адвоката не имеет права самостоятельно заниматься адвокатской деятельностью.
Помощник адвоката обязан хранить адвокатскую тайну[7]. Развитие адвокатского сообщества в России продолжается. Новый Закон об адвокатуре создает для этого правовые предпосылки. Современные формы организации работы адвоката: адвокатское бюро, кабинет. Структурно адвокатские новообразования состоят из адвокатов-партнеров, адвокатов, помощников и технического персонала[8].
Однако в уголовном процессе помощник не наделен никакими процессуальными правами и совершенно беспомощен. Нам представляется, что следует предусмотреть в новом Уголовно-процессуальном кодексе участие в уголовных делах наряду с официально оформленным адвокатом его помощника или помощников, оформляемых единым ордером.
Конкретные процессуальные поручения адвоката должны оформляться в виде письменных документов и представляться субъектам, осуществляющим уголовно-процессуальную деятельность с последующим приобщением к досье адвоката по конкретному делу. Помощники могли бы готовить адвокату проекты процессуальных документов, встречаться с подозреваемым или обвиняемым для уточнения различных вопросов, связанных с защитой его интересов. В том числе процессуальных вопросов, вопросов, связанных с бытом и здоровьем содержащихся под стражей, не секрет – о недостатке питания, медицинских препаратов, большой переполненности российских изоляторов временного содержания, следствие чего – большие очереди на посещение содержащихся в СИЗО. С учетом длительности рассмотрения дел судами и крайне тяжелых условий содержания под стражей обвиняемых и подсудимых основная масса посещений адвокатами СИЗО не связана с процессуальной деятельностью.
Кроме того, помощники могли бы производить как самостоятельное собирание доказательств по поручению адвоката, так и помощь в сборе доказательств, регламентированных статьей 82 нового Уголовно-процессуального кодекса, участвовать по письменному поручению в тех следственных действиях, в которых объективно не может участвовать сам адвокат, копировать материалы уголовного дела по окончании следствия, в особенности объемные многотомные дела, вести "параллельный" протокол судебного заседания и многое другое.
Обеспечение права на защиту и приведение процессуальных норм, регулирующих это обеспечение, в соответствие с принципами международного права, закрепленными в Конституции, заявленными в Концепции судебной реформы России, а также лучшими историческими традициями российского дореволюционного права имеют значительный потенциал для совершенствования. Верно заметил Л.Е. Владимиров: "Сколько потребовалось человеческих жертв, чтобы перейти из мрачных подземелий пыток и казней в светлый чертог правды и разума. Таков уж характер человеческой истории: железная пята эволюции придавливает тысячи людей к земле. Можно сказать, что каждое рациональное правило правильного суда покупалось ценою бесчисленных страданий. Оно выковывалось молотом истории, дробившей черепа и кости несчастных жертв темноты и злобы"[9].

[1] Комментарий к Конституции Российской Федерации. М. 1996. Под ред. Окунькова Л.А. С. 535.
[2] И.Л.Петрухин. Человек и власть. М. 1999. С. 120. Уголовный процесс: учебник для студентов юридических вузов и факультетов.
[3] К.Ф.Гуценко. М.: Зерцало, ТЕИС, 1996. С. 24, 35-36.
[4] Уголовно-процессуальный кодекс с приложениями. Составитель Н.М.Кипнис. М. 2000. С. 300, 425, 447, 458.
[5] И.Л.Петрухин. Человек и власть. М. 1999. С. 87.
[6] Судебные уставы 20 ноября 1864 г. Ч. 1. Ст. 14, 245.
[7]Адвокатские вести. Информационно-аналитический журнал. № 6. С. 7.
[8] Адвокатская деятельность. Под ред. В.Н.Буробина. М. 2001. С. 74.
[9] Л.Е.Владимиров. Учение об уголовных доказательствах. Тула: Автограф, 2000. С. 340.