Что скрывается за цифрами выявления преступлений - Международная Юридическая фирма «Трунов, Айвар и партнеры»
«ТРУНОВ, АЙВАР И ПАРТНЁРЫ»

Международная Юридическая фирма, основана в 2001 году

Что скрывается за цифрами выявления преступлений

К сожалению, материал недоступен

~Первые мысли о несовершенстве системы показателей появляются у начинающего опера уже на первых месяцах службы. Когда он, «отличник боевой и политической», сталкивается с невозможностью вытянуть «план по валу», нарезанный начальством. Сидение ли за рабочим столом до полуночи, рыскание ли до протертых подошв по территории – результат один – конец месяца, а в графе статистических показателей пугающее своей безысходностью отставание от «средних цифр»… Знакомая ситуация, не правда ли? На этот вопрос ответит утвердительно не только опер, но и любой сотрудник милиции, предмет вожделений и головной боли которого – «палка». Слово, чудно звучащее для гражданского, человеку в форме привычно до уровня бытовых понятий: еда, сон, работа…

Что скрывается за цифрами

~Каменщик, кладущий кирпич, или пекарь, вынимающий батоны из печи – любой из них в равной степени отчитывается количественными показателями, штуками, метрами, тоннами. Но ни одному из них не объяснить, как можно планировать «выявление преступления». А если преступления не произойдет, что тогда? А что лучше – его отсутствие или раскрытие? Для примера, что предпочтительнее: ситуация, когда человек целый и невредимый возвращается к себе в квартиру, или когда по дороге его грабят, избивают, правда, при этом злодеи-преступники оказываются задержанными по горячим следам? С точки зрения самого обывателя, да и любого здравомыслящего человека, конечно, первый вариант предпочтительней. Но только не с точки зрения российского милиционера. Как ни странно, в нашем Отечестве простая логика работает не всегда, также как не всегда дважды два – четыре. Нет, вполне возможно, что в далеких странах интересы стражей порядка вполне совпадают с интересами охраняемых ими граждан и что там бороздящие улицы городов патрули во исполнение служебного долга и другим на радость не допускают («профилактируют», говоря казенным языком) всяческие правонарушения. Совсем иначе обстоят дела в пределах одной шестой, ну или что нынче стоит в знаменателе, не помню…
~Ведь если человек без ущерба для здоровья и прочих нежелательных последствий доберется до заветных стен, случится страшное! Ему не причинят «легких», а то и «тяжких» телесных повреждений, тем самым правоохранитель лишится возможности изобличить преступников-членовредителей, целая армия госчиновников не сможет оправдать бесцельное проведение рабочего дня и, наконец, начальник не сможет с чувством выполненного долга гордо отчитаться на селекторе, что раскрыто преступление, ну а уж коль скоро раскрыто, то чем более тяжким оно помечено (желательно – со смертельным исходом), тем лучше. Смешно? Нет, грустно! Грустно, господа и товарищи, что где-то на полпути к высотам «социалистического общежития» мы утратили меру вещей и понятий. Бог и царь – статистика. Выявление и раскрытие. Числитель и знаменатель. Дробь, имеющая так же мало общего с подлинной борьбой за покой и порядок мирных граждан, как мало его между ожиданиями курсанта-выпускника с погонами и суровой действительностью будней правоохранителей.
~ В разговорах все понимают, что давно пора что-то менять, поскольку иначе, как губительным, такой подход к работе уже и назвать нельзя. Необходимость поддерживать уровень раскрываемости на уровне «прошлого года плюс 3 (5, 10,…) процентов» доводит гонку за показателями до абсурда. Каждый новый год сулит все более дутые, мнимые цифры, выдаваемые в СМИ за успехи в работе российской правоохранительной ситемы, меж тем как простой обыватель по-прежнему боится выходить на улицу в темное время суток.
~Милицейский начальник уже в текущем году знает, какую приблизительно раскрываемость будет декларировать его подразделение в будущем. Не абсурд ли? Будто все молча играют в какую-то игру по правилам, придуманным теми, кого уже многие годы нет в системе МВД, и, тем не менее, продолжают фарс. При этом большинство понимает, что система показателей, основанная только на сухих цифрах и методах математических прогрессий, загоняет работу правоохранительных органов в тупик. Статистические отчеты, публикуемые в официальных источниках, представляют собой печальное зрелище. Из месяца в месяц, из года в год «умелыми руками» выкладываются на всеобщее обозрение причесанные показатели. Все происходит, как в детской игре «пятнашки» – «дырка» постоянно перемещается по игровому полю, ее затыкают, но она вылезает в другом месте.
~Руководство криминальной милиции спасает низкую раскрываемость в категории преступлений общеуголовной направленности многоэпизодными делами (методы их создания – тема отдельной статьи), перебрасывая эти «палки» на подразделения, которые показателями не блещут. В итоге, так называемая уличная преступность растет, как на дрожжах (а ведь это именно та преступность, по которой судят об уровне правопорядка в стране обычные люди), ну а те, кто должен с ней бороться, уповают на «подарки» от соседей.
~Забавный нюанс. В данной ситуации в наиболее выигрышном положении оказываются сотрудники вновь образуемых подразделений, система показателей которых еще не отлажена и пока только выстраивается. В этих обстоятельствах в течение какого-то времени еще возможны реальная работа и реальные же успехи. Но как только «перетурбации» заканчиваются, и подразделение прочно занимает свое место в структуре МВД, начинается все та же пресловутая гонка за морковкой на удочке.
~Меж тем постоянные подтасовки руководителями Управлений раскрываемости и статистики правонарушений на территории оперативного обслуживания опасны еще и тем, что на сегодняшний день НИКТО не может предоставить (и вполне вероятно -представить) уровень криминогенной ситуации в регионе, стране в целом. А не зная этого, невозможно правильно принимать управленческие, стратегические решения, формировать разумную кадровую политику, бюджет и т.д. и т.п. Неверно поставленный диагноз влечет неправильные методы лечения и возможную гибель больного. Именно больного, потому что наша система давно (надеюсь, небезнадежно) больна.
~Сотрудники оперативного аппарата совершенно не располагают временем на реальную борьбу с преступностью. В наши дни хороший оперативник тот, кто умеет добывать (выменивать, покупать, брать в долг – именно так) «палки». Раскрытие сложных дел – трудоемкий и совершенно «невыгодный» с точки зрения исполнителя процесс. Затрачивая массу времени на раскрытие серьезного преступления, оперативный работник рискует завалить собственные показатели, свой план, который никто и никогда не отменит. Поэтому раскрытие действительно общественноопасных преступлений зачастую неминуемо переходит в категорию «висяков». Нужен вал – простые в сборе доказательной базы преступления, раскрытие которых не требует больших временных затрат.
~До тех пор, пока сотрудник милиции будет думать в первую очередь о статистике, и только во-вторую – о реальной работе (хотя на это, времени-то уже и не остается), положительной динамики в раскрываемости преступлений, улучшения криминогенной обстановки в стране не произойдет. А ведь отношение к правоохранительным органам и государству в целом у граждан страны формируется по тому, насколько успешно милиция борется с преступностью на деле, а не на словах.
~Вернусь к началу статьи, к заботам и печалям рядового опера, его начальника, начальника его начальника и далее по служебной лестнице. Продолжаются ли хлопоты о «палках» на самых высоких уровнях? Вряд ли. Иначе придется признать отсутствие логики, не только милицейской, но и общечеловеческой. Ведь если что-либо не устраивает высшего чиновника, то зачем требовать этого от подчиненных. Очевидно, на каком-то этапе продвижения по карьерной лестнице руководителя уже перестают заботить цифры, добытые его подчиненными, ибо его проблемой становится направление, «вектор развития» или какие-то иные, но столь же общие понятия. Такого кощунства, как банальная забывчивость о желании «перевернуть палочную систему», я даже не допускаю. Хотя, впрочем, есть еще одно соображение относительно начальственной отстраненности и нежелания менять ущербную статистику. Оно в том, что высшие руководители попросту не знают… Да-да, как народный фольклор любит слагать истории о царях, пребывающих в неведении относительно «страданий народных», так и здесь я готов предположить, что за какие-то пять-десять лет преодоления ступеней на высших эшелонах власти, генералы выпадают из реальности и не знают о том, что «палка» стала как та денежная купюра, неким общим эквивалентом внутри системы, предметом торга и обмена, в своих нынешних количествах – артефактом абсолютно недосягаемым и потому вымышленным, выдуманным, купленным, выторгованным у прокуратуры, неким гротеском, а значит – тяжким грузом, тормозящим реформирование органов внутренних дел в направлении, столь ожидаемом нами всеми.

Назревшие изменения

~Но довольно критиковать. Любой сотрудник со стажем, скажет, что делать это совершенно нетрудно, ибо ОЧЕВИДНО любому думающему человеку в милицейских погонах. Задача предложить некую альтернативу представляется более сложной. Поэтому для начала попытаюсь тезисно сформулировать основные положения, которые, на мой взгляд, могут лечь в основу новой оценочной шкалы.
~Заранее оговорюсь, материал изобилует специфическими терминами, малопонятными обывателю, но надеюсь, аудитория отличается большей подготовленностью и легко готова воспринять некоторые ведомственные аббревиатуры и жаргонизмы, без которых невозможен сам текст.
~Итак, прежде всего – факт возбуждения уголовного дела не должен оцениваться как показатель эффективности работы. Ибо в нынешних условиях он, этот факт, является результатом противоборства двух начал: оперативной службы, которая заинтересована в нем, как в единице измерения своего труда, и следователя, который противится появлению в своем сейфе нового материала. Т.е. на этапе возбуждения уголовного дела материал перестает быть источником головной боли для опера, становясь таковым для следователя. Следователь заинтересован в возбуждении лишь тех дел, которые гарантированно, т.е. читай – очевидно для него с первого взгляда (!) – имеют судебную перспективу. И тут мы подходим к одному очень важному моменту, на котором хочу остановиться подробнее. Возбуждение уголовного дела должно перестать носить некое символьное значение. До сих пор оно рассматривается таковым постольку, поскольку с момента своего возбуждения ограничивает права лиц-участников. Именно поэтому идет борьба за визу прокурора на Постановлении. Однако существующая система прокурорского и судебного надзора и так достаточно ограничивает возможности применения уголовно-процессуальных мер в ходе расследования, чтобы считать факт возбуждение судьбоносным и решающим. Продолжу: на мой взгляд, данный факт должен быть рядовой фиксацией в специальных учетах (сродни канцелярским при принятии заявления) – не более того!
~Вся волокита при принятии решения и возбуждении может и должна (коль скоро это неизбежно до наступления эпохи поголовной грамотности сотрудников) касаться лишь вопросов территориальности и пребывать в компетенции контрольно-методических органов, имеющихся при каждом подразделении.
~Если сделать факт возбуждения естественно обусловленным, а не иметь его результатом борьбы за вал, то через год-два мы будем наблюдать уже более-менее реальную статистику с возможным анализом криминогенной обстановки по территории и видам преступлений.
~Такие понятия, как «раскрытие» или «направление в суд» я предложил бы соотносить только с реальными приговорами. При этом обязательно учитывать количество лиц, осужденных и получивших срока. Направление же в суд малозначительных дел учитывать отдельной строкой в показателях.
~Понятие «эпизодность» вообще убрал бы как понятие, влияющее на статистические показатели. Больше того, полагал бы правильным в показателях считать лишь количество лиц, привлеченных в качестве обвиняемых – избавляясь, тем самым, от хитростей вроде возбуждения в отношении одного лица отдельных уголовных дел с последующим соединением.
~Важным представляется подсчет ущерба. Предлагаю считать только вмененный судом. Потому что сейчас стыдно (и смешно) слушать в отчетных докладах руководителей милиции суммарные цифры причиненного и возмещенного ущерба, сопоставимые с объемом ВВП страны.
~Внедрение этих предложений, конечно, потребует значительного увеличения штата следователей, но можно совершенно безболезненно для пользы дела сократить целые службы типа организационно-методических, воспитательных и прочих анахронизмов эпохи. Скорректировать функциональные обязанности работников различных служб, оставив только прямые.
~Что бы я предложил по территориальным подразделениям… Упрощая, вопрос звучит так: что делать ОУР на земле, как не искать наркотики и патроны на кармане у разного рода маргиналов, чем большей частью приходится заниматься сейчас для «вытаскивания» статистики? Ну действительно, в наше время наверное только наивный телевизионный зритель верит в многочасовые художественно-закрученные комбинации на «улицах разбитых фонарей» оперов, совершенно свободных от служебной рутины. Деятельность этих подразделений, как представляется, сильнее многих прочих влияет на отражение работы милиции в массовом сознании, потому и требует абсолютно корректного учета. Пока же, как я уже отмечал в предыдущей статье, статистика работы этой службы сильно размыта различного рода «привлеченными со стороны» выявлениями и раскрытиями. Было бы чрезвычайно интересно выяснить, сколько из зарегистрированных на территории ОВД преступлений действительно относится к компетенции УР и сколько из них раскрыто. Равно как и посмотреть, сколько из числа этих показателей «инициативных», т.е. добытых по инициативе сотрудника.
~Вообще говоря, начиная размышлять о возможностях гипотетического реформирования милицейской структуры в целом, невольно спотыкаешься о несовершенство и даже, не побоюсь этого слова, ущербность выстроенной системы отношений: «муниципальное образование – ОВД». А ведь коль скоро мы полагаем, что наиболее объективно судить о работе милиции могут сами граждане, то очевидно и наиболее полный ответ органы правопорядка должны держать перед жителями района своего обслуживания. И тут напрашивается следующий вывод: «забывчивость» высоких руководителей, озабоченных «вектором развития», является прямым следствием отсутствия реального общественного контроля за действиями подразделений МВД. Любой милицейский начальник будет хорош, увы, лишь тогда, когда он хорош «наверху», в кабинетах Главка, и никакая иная оценка его деятельности, кроме как оценка сверху, здесь значения не имеет.
~Позволю себе пример на тему оторванности победных реляций от «нужд народных». В течение последнего времени москвичи могли наблюдать рекламные биллборды с цифрами, отражающими деятельность ГИБДД: «В ЭТОМ ГОДУ НАЙДЕНО столько-то десятков тысяч УГНАННЫХ АВТОМАШИН!» Это что – статистика успеха? Попробуйте вспомнить хотя бы одного из числа своих знакомых, кто бы поведал Вам о высокопрофессиональных действиях сотрудников ГИБДД по поиску угнанного авто. У меня таких знакомых нет. А люди, знакомые с работой профильных подразделений милиции, скорее всего вообще заявлять об угоне не будут. Разве что для страховой компании. Зато цифры на плакатах красивые. Вот только для кого они? Тем более, что зрителю даже и не определить, много ли это – 37 424 раскрытых угона или мало…
~Продолжаем читать милицейскую статистику, вспоминать практику учета и рассуждать. Проблема номер… впрочем, не важно… очередная проблема делопроизводства и ее негативное влияние на раскрываемость преступлений состоит в том, что в учетной статистике есть положение, на корню парализующее возможность взаимодействия милицейских служб. Я говорю о том, что пресловутая «палка» достается тому подразделению, которое указано в сводке преступлений первым. Как вы думаете, есть ли в этих обстоятельствах смысл оказывать помощь коллегам? Причем обстоятельство это в равной степени касается как оперативных подразделений разного уровня, так и нарядов наружных служб ОВД, в первую очередь – патрульно-постовой службы. Например, мне известен случай, когда угнанный, а впоследствии, вычисленный службой ППС автомобиль «загонялся» в коробочку двумя службами – самой ППС и ДПС. При этом преступники были задержаны именно ДПС (и как следствие, пошли в актив этой службе), а милиционер, выявивший угонщиков, получил от командира роты нагоняй за инициативу в привлечении помощи. Мнение потерпевшего, вернуть машину которому помог счастливый случай взаимодействия обеих служб, никого не интересовало…
~Впрочем, последнее обстоятельство в общей системе предлагаемых пересмотров милицейской статистики куда менее масштабно и остановился я на нем лишь постольку, поскольку сама тема многогранна и неисчерпаема, а милицейская практика продолжает подбрасывать примеры крайней нерациональности учетной системы.
~Данный материал полагалось бы эффектно завершить каким-нибудь высокохудожественным образом или призывом навести былой глянец на милицейские звезды, но наше обсуждение далеко не закончено, будем ждать ваших отзывов и предложений. Надеюсь, мы начали деловой конструктивный разговор и сможем продолжить его в том же русле.

Статьей этой выполняю обещание моим коллегам по прежней работе, товарищам по «оперскому» братству. Элим Гафирович Джиганшин.