«ТРУНОВ, АЙВАР И ПАРТНЁРЫ»

Международная Юридическая фирма

основана в 2001 году

+7(499)158-29-17

+7(499)158-85-81

+7(499)158-65-66

info@trunov.com

02.07.12 Подано заявление о расследовании противоправного поведения должностных лиц участвовавших в контр террористической операции и виновных в гибели бывших заложников Нод-Оста.

Описание: Описание: Лого

 «ТРУНОВ, ÁЙВАР И ПАРТНЕРЫ»

КОЛЛЕГИЯ АДВОКАТОВ города Москвы

125080, Москва, Волоколамское шоссе дом 15/22

Tel/ fax(499) 158-85-81 tel. 158-65-66

E-mail: info@trunov.com Web-site: www.trunov.com

 

« 02 » 2012_           /12


 

 

Председателю следственного комитета РФ Бастрыкину А.И.

От представителя потерпевших по делу Европейского Суда по правам

Человека FINOGENOV AND OTHERS v. RUSSIA

Applications nos. 18299.03 and 27311.03

адвоката Трунова И.Л.

 

 

З А Я В Л Е Н И Е

О возбуждении уголовного дела

( в порядке ст. 141 УПК РФ)

 

 

 

23 октября 2002 года, около 21 часа, организованная группа лиц под руководством М.Б. Саламова (он же М.Б. Бараев), заранее подготовленных и вооруженных различным огнестрельным оружием, боевыми припасами и взрывными устройствами, проникла в помещение Дома Культуры открытого акционерного общества «Московский подшипник», расположенное по адресу: г. Москва, ул. Мельникова, д. 7 (далее - Дом Культуры), где шло представление музыкального спектакля (мюзикла) «Норд-Ост». Применяя насилие, указанные выше лица захватили находившихся в здании зрителей, артистов и других лиц, общей численностью не менее 912 человек, в числе которых были как граждане Российской Федерации, так и иностранных государств, и объявили их заложниками.

То есть, 23.10. 2002 г. группой вооруженных людей был совершен акт терроризма и осуществлен захват заложников в ДК ОАО «Московский подшипник» по адресу: г. Москва, ул. Мельникова, д. 7. В результате незаконных действий террористов, в период с 23 по 26 октября 2002 года, в помещении здания Дома культуры удерживались более 912 человек из числа зрителей и артистов мюзикла «Норд-Ост». 26 октября 2002 года был произведен штурм здания с использованием неизвестного газа. Контртеррористическая операция привела к наступлению тяжких последствий – наступлению смерти 130 человек,из них погибло 10 детей, 69 детей остались сиротами.

Решением Европейского Суда по правам человека по делу "Норд-Ост" (CASE OF- FINOGENOV AND OTHERS v. RUSSIA Applicationsnos.  18299.03 and 27311.03) , вступило в силу 04.06.2012, Европейский Суд указал: Власти Российской Федерации должны провести эффективное официальное расследование, с тем чтобы представить «удовлетворительное и убедительное» объяснение причин смерти заложников и установить степень ответственности должностных лиц за их смерть.

 ЕСПЧ отметил, что имела место причинная связь между использованием смертоносной силы со стороны спецслужб и смертью заложников. Действие газа являлось одной из основных причин гибели заложников; имелись основания предполагать, что некоторые заложники погибли вследствие неэффективности спасательной операции; по халатности должностных лиц, которые отвечали за организацию первой помощи пострадавшим, их транспортировку в стационары, а также за общую координацию действий по спасению людей. Российская Федерация нарушила Международные обязательства тем, что  спасательная операция,являющаяся исключительной компетенцией властей России,не была надлежащим образом подготовлена, в частности, вследствие недостаточного обмена информацией между различными службами, запоздалого начала эвакуации, отсутствия надлежащей координации деятельности различных служб на месте событий, отсутствия надлежащей медицинской помощи и медицинской техники на месте событий, а также неудовлетворительной логистики.

ЕСПЧ не настаивает на расследовании террористического акта как такового. В данной части расследование представляется достаточно полным и успешным. ЕСПЧ разделяет абсолютно разные предметы расследования. Халатность властей не являлась предметом этого расследования. ЕСПЧ отметил, что, хотя формально расследование террористического акта еще не окончено, ФСБ РФ так и не раскрыла формулу опасного и даже потенциально смертельного газа (установлено ЕСПЧ), в том числе и национальным органам следствия.

Органы прокуратуры и следствия неоднократно принимали решение об отсутствии состава преступления и халатности в действиях властей. В части халатности властей расследование было явно неполным, что подтверждают многочисленные противоправные факты при оказании первой помощи и эвакуации пострадавших, зафиксированные в Решении ЕСПЧ как установленные факты:

1.           Непозволительно длительное ожидание врачебной помощи и транспортировки до медицинских учреждений.

2.           После обезвреживания террористов была скрыта информация о применении спецсредства (на основе фентанила), возможных последствиях его применения, необходимых мерах по предотвращению опасности для жизни и здоровья людей.

3.           Вынос значительной части пострадавших, а также спонтанное размещение пострадавших в положении на спине (вместо положения на боку, или на животе), что приводит к смерти от механической асфиксии в результате западания языка и аспирации.Из объяснений Круговых Е.А. (Том 120, листы дела 65-66, раздел «Факты» в Решении ЕСПЧ по жалобе 18299/03 и 27311/03,):

«… Я же осуществлял загрузку пострадавших в автобусы, которые первыми прибыли к ДК… Таким образом я отправил 2 или 3 автобуса… Сколько в автобусах было пострадавших точно сказать не могу, загрузка в автобусы происходила по степени тяжести: тех, кто мог дышать самостоятельно, сажал на сиденья…, тех, у кого дыхательные пути были затруднены,  клали на пол…»

4.           Отсутствие руководителя-координатора из медработников на выходе из здания.Из объяснений врача Сушниковой Л.Н.; уголовное дело №229133; т. 120, лист дела 119:

 «Куда везти, мы не знали, пристроились в хвост впереди идущей скорой и приехали в ГКБ №53».

5.           Отсутствие сортировки пострадавших и неправильная оценка их состояния.В стационары вместе с выжившими заложниками доставлялись трупы. А именно: в ГВВ №1 -  8 трупов пострадавших; в ГКБ №13 –36 трупов пострадавших; в ГКБ №7 –15 трупов пострадавших; в ГКБ №1 - 6 трупов пострадавших. Если бы первичная сортировка была бы организована, то трупы доставлялись бы в морги.

6.           Отсутствие площадки для временного размещения пострадавших с возможностями их реанимации на месте усилиями нескольких бригад.Из объяснения врача Ларина Е. Г. (том 120 лист дела 125 стр.232-233 Приложения 5 к Меморандуму): «Координации и организации медицинской сортировки больных произведено не было, бригадами скорой никто не руководил. Отсутствие руководителя сыграло негативную роль. Места для размещения пострадавших перед ДК было достаточно, хотя оно и не было оборудовано так, как положено по организации работы по нормам медицины катастроф».

7.           Не оказывалась в полной мере доврачебная медицинская помощь, не использовались интубационные трубки или ларенгиальные маски.Из объяснения врача Захаренкова М.Ю.; уголовное дело № 299133; т.120, лист дела 124:                         «…Подошел незнакомый мне медицинский работник…выдал 6 ампул налоксона и шприцы и направил в автобус, где находились пострадавшие. Всего в автобусе было 17 пострадавших». Из объяснений врача Федорова В.В.; уголовное дело №299133; т. 120, лист дела 102 «…Меня посадили в автобус с пострадавшими…В автобусе было 40 пострадавших…При этом, представитель ЦЭМП дал мне 10 ампул налоксона».

8.           Не было организовано своевременного беспрепятственного и бесперебойного движения машин скорой помощи и автобусов.Согласно справке, находящейся в материалах уголовного дела №229133, том 120, лист дела 189:

-  в ГКБ №13 после 08 часов 30 минут по 09 часов 00 минут был доставлен 21 пациент (10 «самотеком»*, 11 нарядами СМП); с 09 часов 00 минут по 09 часов 30 минут было доставлено 27 пациентов (18 «самотеком»*, 9 нарядами  СМП; с 09 часов 30 минут по 10 часов 00 минут было доставлено 20 пациентов (19 «самотеком», 1 нарядом  СМП); после 10 часов 00 минут было доставлено 45 пациентов (44 «самотеком», 1 нарядом СМП);

- в ГКБ №7 после 08 часов 30 минут по 09 часов 00 минут было доставлено 13 пациентов (8 «самотеком», 5 нарядами  СМП); в период с 09 часов 00 минут по 09 часов 30 минут было доставлено 8 пациентов (6 «самотеком», 2 нарядами СМП); в период с 09 часов 30 минут по 10 часов 00 минут было доставлено 15 пациентов (14 «самотеком», 1 нарядом СМП); в период после 10 часов 00 минут было доставлено 17 пациентов (16 «самотеком», 1 нарядом СМП);

- в ГКБ №1 после 08 часов 00 минут было доставлено 19 пациентов (7 «самотеком»*, 12 нарядами СМП**).

*работа СМП оформляется нарядом, «самотеком» называются случаи попадания в приемное отделение больницы  пострадавших без сопроводительного наряда, случайными непрофильными машинами. **СМП – скорая медицинская помощь.

Из объяснений врача Круговых Е.А.; уголовное дело №299133; т. 1290, листы дела 65-66 «Я считаю, что отрицательную роль в эвакуации заложников сыграло отсутствие путей для движения транспорта».

9.           Массовая транспортировка пострадавших проводилась в автобусах без должного количества сопровождавших врачей, фельдшеров, спасателей, владеющих методами реанимации.

10.          Штабом не было организовано достаточного взаимодействия между действиями спецназа, спасателей и координации отправления машин скорой помощи.

11.          Не были привлечены организации военной медицины, обладающими специальными методами, навыками и знаниями.

12.          Не было организовано равномерное размещение пострадавших в лечебных учреждениях.Дети в тяжелом состоянии не доставлялись ни в самую близкую больницу ГВВ №1, ни в специализированную детскую токсикологическую. Десяти детям это стоило жизни, причем шестерым из них медицинская помощь не оказывалась вообще: Ольховниковой Дарье, 11 лет; Фроловой Дарье, 13 лет; Курбатовой Кристине, 13 лет; Куриленко Арсению, 13 лет; Миловидовой Нине, 14 лет (дочь заявителей жалобы Миловидова Д.Э. и Миловидовой О.В), Фадееву Ярославу, 15 лет. (Выводы судебных медицинских экспертиз, т.т. 1, 120, 31,33 уголовного дела № 229133)

13. Не обеспечив должного оцепления места трагедии (беспрепятственное проникновение в здание театра О.Романовой, Г. Влаха и К. Васильева), власти вызвали дополнительную агрессию террористов. Данный факт привел к увеличению числа погибших;

14. Российская Федерация, как государство-участник  Конвенции по химическому оружию (далее Конвенции), обязана не применять токсичные химикаты(физиканты), которые за счет своего химического воздействия на жизненные процессы, могут вызвать летальный исход, временный инкапаситирующий (обездвиживающий) эффект или причинить постоянный вред человеку.  (Статья II,  параграф 9).Применение потенциально смертельного «спецсредства» в условиях, не позволяющих контролировать индивидуальную дозу для каждого заложника и проводить мониторинг, недопустимо.

Ненадлежащее исполнение обязанностей, возложенных на медицинских работников, оказывающих медицинскую помощь и осуществлявших реанимационные мероприятия заложникам, находящимся в бессознательном состоянии, и, так же, обязанностей и полномочий членов контртеррористического штаба, их преступное бездействие, халатность, повлекли существенное нарушение прав и охраняемых законом интересов граждан, и привело к наступлению тяжких последствий – наступлению смерти 130 человек, 69 детей остались сиротами. В больницах умерло всего 6 человек (Постановление прокуратуры об отказе в возбуждении уголовного дела от 31 декабря 2002 года (уголовное дело №229133, том 120)). Если бы своевременно была оказана помощь, то людей в большей части можно было бы спасти. У 73 погибших в экспертизах указано – «данных об оказании медицинской помощи нет» и отсутствуют следы оказания медицинской помощи (уколы, интубация трахеи и пр.) (Приложения к Меморандуму №8 стр. 97-158).

Из показаний врачей ГКБ-1 Сухова и Посадскова (Приложение к Меморандуму, стр.124-134) следует, что реанимация не дала результатов именно в отношении последних заложников, вынесенных из автобуса, которым не успели своевременно оказать помощь.

 Не задействованы были военные медики, медицина МЧС - это преступная халатность.Что происходит при любом наркозе? У больного через какое-то время начинается отключение сознания, и он начинает дышать произвольно. Но этого дыхания недостаточно. То есть наступает гипоксия головного мозга, то есть нарушаются центры, отвечающие за дыхание. Это все здесь и произошло. И если вовремя не активировать дыхание, то есть создать вспомогательное дыхание - ручная вентиляция, во всяком случае, нужно было ставить всем воздуховод (специальные маски, которые применяются в анестезиологии, маска и воздуховод вместе, чтобы не западал язык), то всех этих пострадавших можно было спасти.   5.30 дали газ Запись телефонного разговора опубликована  на сайте радио «Эхо Москвы» (http://echo.msk.ru/interview/20120/)., начали выносить, на воздух, в 7-25 часов получается полтора часа. Кого вынесли в первую очередь, тому повезло.

 Погибшая Светлана Розгон 20 лет попала на реанимационный стол ГКБ-7 лишь в 10-15, т.е. через 5 (пять!) часов после газовой атаки и через 2 часа после времени, декларированным следствием как «окончание эвакуации».Из справки по результатам изучения историй болезней лиц, поступивших в медицинские учреждения г. Москвы 26 октября 2002г. из ДК АО «Московский подшипник» следует, что доставка заложников продолжалась спустя более, чем 4,5 часа после применения газа. (См. справку по результатам изучения историй болезней; уголовное дело №229133, т.120, лист дела 189).

Кого вынесли в последнюю очередь, из первых рядов, у них и концентрация была выше, они и сидели дальше.200 человек пошли на штурм, они шли на смерть, все это делали ради спасения людей, а потом потерпевших спящих кинули на землю и ничего не сделали. Интервью Президента Российской Федерации Путина 20 сентября 2003 года: которое он дал американским СМИ: "Было много летальных исходов не из-за газа, а из-за того, что доктора не знали, как лечить людей, и, скажем, человека, которого нужно было положить на живот, клали на спину, и он глотал язык, и люди задыхались в своей рвоте" (http://www.kommersant.ru/doc.aspx?DocsID=416933&ThemesID=620).

Из объяснений Волкова Ю.К.; уголовное дело №299133; т. 120, листы  дела 67-68«…отсутствие организации беспрепятственного и бесперебойного движения машин скорой помощи, автобусов, массовая транспортировка в автобусах без должного количества сопровождающих врачей, фельдшеров и спасателей…, а также отсутствие информации о назначении вещества, примененного в ходе спецоперации…сыграли негативную роль».

Врач из 1-ой Градской больницы рассказывал, что, примерно, в 7-25 к ним приехал автобус "ПАЗ”, привез 17 или 19 больных, все синего цвета, все с единичными вздохами. Два в агонии. Причем, мужчины в агонии лежали на живой 13-летней девочке. Их сопровождали два милиционера и корреспондент с камерой, который снимал.

Множественные факты мародерства в отношении людей, подвергнутых воздействию обездвиживающего вещества-инкапаситанта, прямые указания в протоколах осмотра места происшествия (том 3, лист дела 228) на наличие исчезнувших при следственных действиях ценностей (у потерпевших Михайловой Е., и Долгой Е.) .Долгая Е.В. обратилась в Замоскворецкий районный суд города Москвы с жалобой на незаконные действия сотрудников правоохранительных органов. Как следует из имеющегося в материалах уголовного дела протокола осмотра места происшествия от 29.10.2002 года (том 3, лист дела 228): «На кресле №10 обнаружена сумка с паспортом на имя Долгая Екатерины Валерьевны и денежными средствами в размере тридцати тысяч рублей и двух тысяч долларов США».

Заявление, сделанное неоднократно Абатуровым И.,бывшим владельцем развлекательного гей-клуба «Центральная станция», который находился в здании театрального центра на ул. Мельникова 7, «во время штурма, утром 26 октября 2002 г. сотрудники правоохранительных органов взломали все сейфы, унесли все деньги, проекторы, и даже диджейскую установку (Интервью Абатурова И. газете «Большой город» от 24.10.07 г., Приложение № 15, страница 487).

Фильм, снятый Московской Службой Спасения (МСС)., на момент записи 0:49:20 (Часть 2), когда из уст бойца спецподразделений звучит: «…ударил ногой!...». Из интервью бойцов известно, что сотрудник милиции занимался мародерством в отношении обездвиженных спецсредством заложников, а когда одна из заложниц очнулась в момент ограбления, он ударил ее ногой по голове… Потерпевшим Финогеновым были направлены заявления по фактам мародерства, совершенного в отношении его убитого брата - Финогенова Игоря и его невесты Акимовой Елены,не получившие надлежащей проверки.

Руководитель штаба, и лица, участвующие в работе штаба,имели реальную возможность (как объективно, так и субъективно) надлежащим образом и своевременно исполнить возложенные на них обязанности и предотвратить, либо максимально минимизировать наступление тяжких последствий  террористической акции – смерть людей.

Как следует из показаний многочисленных потерпевших, свидетелей, видеоматериалов, для освобождения заложников и пресечения противоправных действий террористов в ходе проведения контртеррористической операции было применено спецсредство–газообразное вещество (вещества).

Порядок предоставления спецсредств регламентирован ст. 11 ФЗ № 130: «… необходимые для проведения контртеррористической операции оружие и специальные средства, … выделяют Федеральные органы исполнительной власти и органы  исполнительной власти субъектов РФ».

Однако, несмотря на то, что, согласно положениям вышеуказанного закона, спецсредство могло поступить, и, по всей вероятности, было представлено, органами исполнительной власти, т.е. государственными органами, и соответственно, должно было быть разрешено для использования в чрезвычайных обстоятельствах, и не запрещено международными конвенциями,состав этого вещества в нарушение п.4 ст.29 Конституции РФ даже после проведения операции был скрыт не только от общественности, но и от медицинских работников, оказывающих медицинскую помощь и осуществлявших реанимационные мероприятия заложникам, находящимся в бессознательном, беспомощном состоянии. Сокрытие информации о примененном газообразном веществе (веществах), в качестве спецсредства повлекло тяжкие последствия – смерть людей, из-за несвоевременности и невозможности оказания им  необходимой медицинской помощи. В частности, к указанному в письме ФСБ спецсредству отсутствует  антидот. Согласно Заключению Компетентной  Организации Минздрава РФ –Всероссийского Центра Медицины катастроф «Защита», сделанного по запросу Прокуратуры  в рамках расследования уголовного дела № 229133 «Отягощающими условиями…спасательной операции явились:

I) Отсутствие заранее сведений о возможности применения спец вещества.

 II) Отсутствие специфического антидота к примененному веществу...» (уголовное дело№ 229133, том 1 ).

При ненадлежащей организации операции по спасению заложников-обнаружение живых людей среди умерших, и неоказание им медицинской помощи является неопровержимым доказательством халатности оперативного штаба по освобождению заложников, допустивших вышеизложенные нарушения, повлекшие смерть людей. Медицинская помощь73-м пострадавшим вообще не оказывалась, хотя должна была и могла быть оказана.

Один из примеров. Как следует из карты вызова, смерть Карпова А.С. наступила 26 октября 2002 года в машине скорой помощи при транспортировке в больницу (карта вызова № 2575) (Приложение № 1). Карпов Александр до 12.45. будучи живым, находился в автобусе вместе с умершими, но не исключено, что некоторые из них также, были живы. В результате неполучение врачами сведений о примененном спецсредстве и его воздействии на организм человека, т.е. угнетениидыхания и сердечной деятельности, а также отсутствия организации сортировки заложников, привели к тому, что  Карпов А.С. и Миловидова Н.Д. остались без оказания  какой-либо медицинской помощи, что привело к их смерти. Вышеуказанное подтверждается следующим.

В соответствии со справкой вызова машины скорой помощи для перевозки трупов, которая прибыла на место трагедии в 12.45., место наступления смерти Карпова Александра – машина 03.  (Приложение № 1). В соответствии с протоколом вскрытия трупа в морге №10 температура тела Карпова Александра – 35 градусов Цельсия, что соответствует температуре у живого человека. (Приложение № 2). В соответствии с протоколом комиссионной судебно-медицинской экспертизы – медицинской помощи Карпову Александру оказано не было. (Приложение № 3). Время окончания штурмовой операции по спасению заложников –6-30…07-00. Время наступления смерти Карпова А.С. от 06.00 до 09.00,зафиксированное судебно медицинскими экспертами, не может соответствовать действительности, т.к. при подсчете данного времени должна была учитываться  температура воздуха помещения, где находился труп. Как следует из данных, представленных следствием, температура воздуха помещения морга – 16 градусов Цельсия. Она не может быть взята во внимание, т.к. труп Карпова Александра находился там всего 10-15 минут. Тело Карпова Александра находилось на ступеньках Театрального Центра на Дубровке, а затем в автобусе вместе с телами других заложников с момента окончания штурма до 12.45. На теле были надеты только джинсы и летняя футболка. Температура воздуха, в данное время, была + 1,8 градусов Цельсия, ветер северо-западный, осадки ,о чем имеется подтверждение гидрометеорологического бюро Москвы и Московской области. ( Приложение № 4). Из чего следует, что если бы смерть Карпова А.С. наступила с 06.00 до 09.00., температура его тела не могла  к 12.45. понизиться только на один градус и составлять 35 градусов.

П.4 ст. 29 Конституции РФ, ФЗ РФ от 25.02.95 №  24 «Об информации, информатизации и защите информации», определяет, в том числе, защиту прав граждан в области информации с целью предупреждения угрозы безопасности, здоровью, жизни личности. В целях реализации  вышеуказанных прав граждан  законом установлена ответственность за нарушение права доступа или  непредоставление гражданам информации. Всю информацию (документы), касающуюся безопасности граждан, запрещено относить к информации с ограниченным доступом ( п. 3 ст. 10 закона). Из чего следует, что за сокрытие информации об обстоятельствах, создающих опасность для жизни и здоровья людей, наступает уголовная ответственность, предусмотренная ст. 237 УК РФ.

Руководителем и членами  Оперативного штаба, в нарушение требований закона, не были предоставлены сведения о применении химического газообразного вещества (веществ), угрожающего не только здоровью , но и жизни людей, и требующего повышенной внимательности и активности не только со стороны граждан, но и специалистов, оказывающих  медицинскую помощь,  которые до проведения операции должны были получить в необходимом количестве антидоты, аппараты для  искусственной вентиляции легких и др., а также  инструкции по их применению.

Властями была искажена информация относительно размеров опасности, которая произошла в связи с намеренным сокрытием  ими информации о примененном химическом (газообразном) веществе (веществах), что привело к неоказанию необходимой квалифицированной медицинской помощи и привело к необратимым последствиям -массовой гибели людей, нанесению непоправимого вреда здоровью оставшимся в живых заложникам.

Исходя из наступивших последствий очевидно, что применение спецсредства, на основе фентанила было НЕОПРАВДАНО, так как его действие не было  мгновенным и незаметным для террористов. По  свидетельству очевидцев в течение 10-15 минут террористы могли совершать активные действия(Постановление Прокуратуры от 16-го октября 2003 года,уголовное дело №229133, том 108, «Аналитическая справка по результатам …допросов…», том 1, лист дела 93), а  заложники получали  смертельную дозу высокотоксичного вещества.

В 2002г. Министр здравоохранения Шевченко Ю. заявил, что в ходе операции по освобождению заложников в октябре 2002г.  был применен газ на основе производного фентанила. Однако, состав вещества, его концентрация, наличие антидота к применённому спецсредству до настоящего времени так и остались неизвестными.

Отдавая приказ о применении химических спецсредств, власти не сочли нужным для минимизации безусловно очевидных потерь среди заложников, рассчитать количество и, главное, концентрацию вещества, необходимого для применения, в ходе операции по освобождению заложников именно во имя спасения людей, а также организовать квалифицированную медицинскую помощь, предоставить врачам информацию о примененном веществе (веществах) или , хотя бы, сообщить-КАКУЮ медпомощь они должны оказывать, какие антидоты, в каком количестве должны вводить потерпевшим.

Из объяснений сотрудника ЦЭМП Незамаева А.П., следует, что « Общая клиническая картина  состояния заложников выглядела следующим образом: нарушение  дыхания, падение артериального давления, многие пострадавшие находились в состоянии комы. Все эти данные указывали на отравление газом, а первоочередные действия по оказанию помощи таким пострадавшим  заключались в  эвакуации людей из очага отравления на свежий воздух, введение  кардиомина, очистка дыхательных путей, то есть все действия, направленные на восстановление дыхания и работы сердца».

Принимая решение о применении в качестве спецсредства газообразного вещества (веществ) на основе фентанила, скрыв сведения о его составе, властями была исключена возможность получения заложниками необходимой медицинской помощи, так как врачи скорой помощи не обладали сведениями о реанимационных мероприятиях, которые необходимо было проводить находящимся в тяжелом состоянии заложникам. В объяснениях врачей повторяется: «…В отсутствии информации о применённом спецсредстве специальных методов реанимации не применял(а)…» 

 

Более того, табель оснащения бригад скорой помощи комплектуется всего двумя ампулами налоксона (применённого В КАЧЕСТВЕ антидота), из чего следует, что даже доставку необходимого количества антидота к месту происшествия Оперативный штаб не обеспечил. Это подтверждается показаниями многочисленных свидетелей – медицинских работников, которые находятся в материалах дела № 229133, из которых очевидно, что никто из потерпевших не получил квалифицированную токсикологическую помощь.

Беспрепятственный проезд  машин скорой помощи  для госпитализации заложников обеспечен не был, отсутствовал мобильный госпиталь или площадка для догоспитальной сортировки заложников, с целью обеспечения возможности оказания им первой медицинской помощи, введение антидота не фиксировалось, доставка заложников в больницы осуществлялась спонтанно, зачастую в больницы доставлялось большее количество заложников, чем больница могла принять, разместить и предоставить своевременную и необходимую медицинскую помощь. Так, в ГКБ № 13, в которую была доставлена большая часть заложников, необходимый В КАЧЕСТВЕ антидота «налоксон», на момент доставки первых заложников был лишь в небольшом количестве. Показания Зубалова Николая Яковлевича, заведующего отделением кардиореанимации 13 ГКБ: «В 12 часов 26 октября 2002 года, т.е. по истечение более 6 часов со времени  начала штурма, сотрудник ФСБ…Гладышев В.М. привез в больницу 100 ампул налоксона, обещав предоставить необходимую информацию о характере вещества по телефону...»Впоследствии, по всей вероятности, после поступления приказа о запрете предоставления информации о веществе, фактически лишил возможности освобожденных заложников получить необходимую медицинскую помощь.Специализированная клиника лечения острых отравлений НИИ СП им. Склифосовского вообще не была проинформирована о поступлении заложников (со слов руководителя Лужникова). В НИИ СП им. Склифосовского начали поступать освобожденные заложники, как  следует из показаний заведующей отделением токсикологической реанимации Каштановой И.С. Каштанова И.С. также пояснила, что «…  заложники были отравлены газом. Никаких специальных средств и методов при оказании медицинской помощи не применялось, их выводили из гипоксического состояния». Врач анестезиолог – реаниматолог, токсиколог Ведерников А.С. также пояснил, что «… пострадавшим проводились общие реанимационные мероприятия».

От ФСБ РФ получен официальный ответ – «…применен состав на основе производных фентанила…». Аналогичное сообщение прозвучало и  в интервью бывшего министра здравоохранения Шевченко.

Эти вещества не зарегистрированы в Регистре лекарственных средств РФ 2002-2004 гг.

Согласно Заключению Компетентной  Организации Минздрава РФ –Всероссийского Центра Медицины катастроф «Защита», сделанное по запросу Прокуратуры,  в рамках расследования уголовного дела № 229133 «Отягощающими условиями…спасательной операции явились: 1) Отсутствие заранее сведений о возможности применения спец вещества. 2) Отсутствие специфического антидота к примененному веществу... Высокая концентрация химического вещества, приводящая к моментальному летальному исходу» ( Заключение подшито в материалы дела № 229133 в производстве Прокуратуры г. Москвы).

Специалистам(см. комментарий третьей стороны- эксперта по «нелетальному оружию» Мартина Фурмански в Решении ЕСПЧ по жалобе 18299/03 и 207311/03)  известно, что у фентанила ВСЕ ПРОИЗВОДНЫЕ ВЫСОКОТОКСИЧНЫ. Кроме прямого токсического поражения, жизни «обездвиживаемых» угрожает непредсказуемость их положения, приводящая к механическому перекрытию дыхательных путей, начала штурма, сотрудник ФСБ что при отсутствии помощи спасателей в ТЕЧЕНИЕ 2-Х МИНУТ приведет к неминуемому летальному исходу.

Классификация примененного спецсредства на основе официальных сообщений ФСБ РФ, Минздрава РФ и анализа ОТКРЫТЫХ источников информации- Высокотоксичное, не имеющее противоядия вещество, не имеющее применения в медицине.

Штаб контртеррористической операции,власти,принимая решение о применении Спецсредства, не могли не знать о последствиях применения и оценочном количестве погибших. И, заведомо зная об этом, скрыли информацию о применении вещества (веществ), создающих реальную угрозу жизни и здоровью людей, исключив возможность оказания и получения необходимой медицинской помощи. Следствие по уголовному делу №229133 пришло к выводу, что 102 (114) человек «погибли на месте», т.е. ещё до подхода медиков.

Из вышеизложенного очевидно, что применение высокотоксичного вещества, по сути своей являющегося ядом, не имеющим противоядия, было не только незаконно, но и неоправданно, т.к. повлекло тяжкие необратимые последствия.

Из вышеизложенного следует, что обязанности, возложенные на оперативный штаб по управлению контртеррористической операцией, были не исполнены и их ненадлежащее исполнение, а также сокрытие информации о применении вещества, создающего опасность для жизни и здоровья людей, повлекло существенное нарушение прав и интересов граждан  и наступление тяжких необратимых последствий – гибель 130 заложников, лишение права на жизнь, гарантированное  им п.1 ст.20 Конституции РФ, в т.ч. 10 детей, чьё  право на жизнь, согласно Конвенции ООН о правах ребёнка, является НЕОТЪЕМЛЕМЫМ.

На основании изложенного и в соответствии с Решением Европейского Суда по правам человека (CASE OF- FINOGENOV AND OTHERS v. RUSSIA Applications 18299.03 and 27311.03)

ПРОШУ

Возбудить уголовное дело по расследованию причин гибели людей, погибших в ходе спасательной операции 26-го октября в ДК ГПЗ по фактам:сокрытия информации об обстоятельствах, создающих опасность для жизни или здоровья людей, причинения смерти по неосторожности, причинения тяжкого или среднего вреда здоровью по неосторожности,  халатности должностных лиц, которые отвечали за организацию первой помощи пострадавшим, их транспортировку в стационары, а также за общую координацию действий по спасению людей, сокрытие информации об обстоятельствах, создающих опасность для жизни и здоровья людей, а также за ненадлежащее исполнение обязанностей, возложенных на них законом, в результате которых наступила смерть 130 человек., т.е. по признакам преступлений, предусмотренных ст. ст. 237 ч.2 УК РФ - Сокрытие информации об обстоятельствах, создающих опасность для жизни или здоровья людей; 293 ч.3 УК РФ - Халатность;Ст. 109 ч.3 УК РФ - Причинение смерти по неосторожности; Ст. 118 ч.2 УК РФ - Причинение тяжкого или среднего вреда здоровью по неосторожности.

В рамках уголовного дела провести проверку фактов изложенных в данном заявлении и привлечь к уголовной ответственности виновных.

В ходе проведения проверки, в том числе,просим назначить и провести комплексную криминалистическую (ситуационную) экспертизу по действиям руководителя – и членов оперативного штаба по управлению контртеррористической операцией в период  с 23 - 26 октября 2002 года в г. Москве, на разрешение которой поставить следующие вопросы:

1. Соответствовал ли порядок  деятельности  оперативного штаба созданному Положению об  оперативном штабе по управлению контртеррористической операцией и  было  ли оно создано, как этого требует п.4 ст.10 ФЗ № 130, соответствовал ли он требованиям нормативных актов и создавшейся ситуации.

2. Были ли руководителем оперативного штаба определены границы зоны проведения контртеррористической операции, если да, то в каких конкретно границах и, каким образом и кем, в данной зоне, был установлен правовой режим, регламентированный ст.13 ФЗ № 130.

3. Соответствовали ли действия и распоряжения руководителя штаба и должностных лиц оперативного штаба по управлению контртеррористической операцией в г. Москве в период 23-26 октября 2002г., требованиям действующих Международных норм права, Федеральных законов, уставов, инструкций, руководств, приказов, а также иных правовых актов, распространяющихся на антитеррористическую деятельность? Если нет, то имеется ли причинная связь между неправильными действиями и распоряжениями, и  наступившими вредными последствиями, возникшими в результате захвата и освобождения заложников на всех этапах операции?

4. Все ли необходимые действия, предусмотренные инструкциями и другими руководящими документами, были выполнены сотрудниками подразделений МВД РФ для предотвращения террористических актов? Были ли выполнены все необходимые действия для предотвращения гибели заложников и наступления иных тяжких последствий 23-26 октября 2002г. в г. Москве в театральном центре?  Если не все, то какие действия следовало бы выполнить? Имеется ли причинная связь между невыполнением необходимых действий и наступившими тяжкими последствиями?

5. Всем ли необходимым снаряжением и вооружением были обеспечены сотрудники спецслужб для решения поставленных перед ними задач, в связи с захватом заложников, а также для обеспечения правопорядка и безопасности людей, оказания им своевременной медицинской помощи? Были ли они проинструктированы о необходимых первоочередных неотложных действиях по оказанию первой помощи заложникам, подвергшихся воздействию газообразного вещества, примененного при штурме в качестве спецсредства?

6. Все необходимые действия, предусмотренные инструкциями и другими  руководящими документами были выполнены руководителем оперативного штаба для предотвращения наступления тяжких последствий –гибели заложников, в результате отданного им приказа о применении в  качестве спецсредства при освобождении заложников газообразного вещества на основе фентанила, а также правильность выбора спецсредства, с учетом его целесообразности, эффективности и безопасности вышеуказанного вещества (веществ) для людей, наличия необходимых и эффективных медицинских препаратов для предотвращения гибели заложников после его применения?. Если не все, то какие действия следовало бы выполнить? Каким образом невыполнение необходимых действий повлияло на наступление тяжких последствий? Явилось ли применение  газообразного вещества (веществ) на основе фентанила целесообразным, и не повлекло ли причинения тяжких последствий?

7. Были ли выполнены все необходимые действия в создавшихся условиях руководителем и членами оперативного штаба, сотрудниками спецслужб, сотрудниками МЧС России, медработниками в соответствии с их задачами и возможностями, для предотвращения гибели заложников?

Провести допрос членов Оперативного штаба, сотрудников ФСБ и ОМОНа, участвовавших в операции, водителей городских автобусов, журналистов, «диггеров» (которые предположительно помогали ФСБ в установке баллонов с газом) и прочих «случайных» свидетелей. Истребовать документы с описанием следственных действий, проведенных следственной группой в рамках официального расследования («планы действий», назначение заданий, ходатайства о продлении сроков расследования, отчеты о ходе расследования, служебные записки, информационные запросы и т.д.).Допросить сотрудников ФСБ, принимавших участие в подготовке операции, в частности, тех, кто нес ответственность за принятие решения об использовании газа, расчет его дозы и установку соответствующих устройств, сотрудников спецназа (которые принимали непосредственное участие в штурме здания), оперативных работников и их руководителей которые не были допрошены (за исключением одного, который сам пострадал от действия газа).

Входе допросов необходимо в том числе выяснить-кто из членов Правительства и на каких правовых основаниях принял решение на уничтожение всех рабочих документов Оперативного штаба,  которые являлись одним из основных источников информации о планировании и проведении спасательной операции.

Необходимо установить в рамках расследования, сколько врачей было на дежурстве в день штурма в каждой больнице, принимавшей участие в спасательной операции; какого рода предварительный инструктаж был проведен с работниками службы скорой помощи и водителями городских автобусов по вопросу о том, куда надлежит перевозить потерпевших. Установить личность всех должностных лиц, координировавших действия врачей, спасателей и военнослужащих на месте происшествия, а также какого рода инструктаж был с ними проведен. Установить, почему массовая эвакуация заложников началась лишь спустя два часа после начала штурма, а также сколько времени потребовалось для ликвидации террористов и нейтрализации взрывных устройств.

 

Приложение – Официальное решение Европейского Суда по правам человека по делу CASEOF- FINOGENOV AND OTHERS v. RUSSIA Applications № 18299.03 and 27311.03

 

 

Представитель потерпевших по делу Европейского Суда по правам

Человека FINOGENOV AND OTHERS v. RUSSIA

Applications nos. 18299.03 and 27311.03

Д.ю.н., проф., адвокат Трунов И.Л. 



Фотоархив

Все